Попаданка. Глава 10 (фанфик Ben 10)

Попаданка. Глава 10 (фанфик Ben 10)

История написана ради фанатского удовлетворения от вопроса «А что если?..» с полным пониманием, что единственная прибыль может быть лишь в виде отзывов читателей.
Название: Попаданка
Автор: Лилиадна, Ахмед
Фэндом: Ben 10 (франшиза от OS до OV)
Основные персонажи: ОЖП!Бен Теннисон, Гвен Теннисон, Макс Теннисон, З’Скер
Жанры и предупреждения: джен, фантастика, альтернативная история, попаданка, от первого лица
Рейтинг (возврастное ограничение): R, возможно NC-17 (18+ из-за поднимаемых тем)
Размер: ~3000 слов глава; планируется миди
Описание: Да, мне было интересно бы почитать про попаданца в тело ГГ, который начнёт косячить всё и вся, но почему этим попаданцем стала именно я?
Размещение: на Фикбуке
, АОЗ

Попаданка

Глава 10

– Бен Теннисон, какого чёрта ты находишься здесь? – прокричал Кевин, рыская глазами, где же я.

Что-то не так. Манера речи? Не то, чтобы Кевин не ругался, плюс косяки перевода и… И не факт, что происходящее здесь будет совпадать с тем, что я видела в мультсериале. Например, мне так и не удалось разблокировать Омнитрикс, как это вышло у Бена. Пусть ненадолго и всего лишь раз, позже он повторить уже не смог.

Правда, я особо и не стремилась, опасаясь кручением-верчением и нажиманием всё-таки каким-то образом случайно запустить механизм самоуничтожения. Я не Бен, я не супергерой. Я трусиха. И в какой бы глубокой депрессии я не была прежде, какими бы не были навязчивыми мысли о смерти, где-то глубоко внутри я всегда цеплялась за жизнь. Наверное, поэтому сейчас я так вцепилась в оружие. Как, чтоб тебя, я должна сражаться с этим монстром, превосходящим меня раза в три?

– Бен Теннисон, я ненавижу тебя, – проворчала я, стараясь слиться со стеной в надежде, что меня не заметят. Будто они забудут обо мне, когда имя как бы моей тушки слышно на весь остров. Вот зачем было обучать этого придурка силам и слабостям пришельцев? – Серьёзно, ненавижу тебя. И больше, чем Альбедо или кто-либо ещё.

Омнитрикс всё ещё светится красным. Да и кто из супергероев выстоит против такого уродца?

Вдох и выдох. Медленно и спокойно. Я среди рыцарей, на территории рыцарей. Они были в курсе возможного нападения, да и без этого тут оружия столько, что даже немного странно, что они всё ещё не захватили страну-другую. Здесь по большей части дети, но взрослые тоже есть. Немного, но есть. Где-то гремит чёртов дракон-страж, хотя вряд ли гигантская механическая игрушка будет преградой для осмосианина, нажравшегося энергии Омнитрикса, которой без подпитки хватит ещё минимум на месяц-другой. Да и имеющиеся бластеры слабоваты, а до лазерных копий ещё пять лет ждать. Но и с ними было бы сложно из-за кристаллического тела петросапиенса. Стоп. Кевин же пока не умеет контролировать и изменять своё тело. Я нахожусь тут больше месяца и всё ещё до конца не приспособлялась к телу Бена, а изменения Кевина куда серьёзнее. И физически, и психологически, и умственно. Этот мальчишка разве не зациклен лишь на том, как добраться до Бена, грохнуть его и поглотить остатки энергии Омнитрикса? Да и сможет ли он столько усвоить – в этих часах достаточно, чтобы устроить новый большой взрыв.

Правая верхняя рука из бирюзовых кристаллов петросапиенса, левая покрыта застывшей лавой пиронита. Нижние обе мощные лапы принадлежат Псу, тело культуриста-тетраманда, спина мехаморфа, крылья Жука и хвост ящерицы-Молнии. Голова смешивала Челюсти, галвана и тетраманда – этакая дикая помесь полурыбы-получеловека с головой удильщика, но один глаз у него лягушачий с горизонтальным зрачком, а с другой стороны два жёлтых узких глаза тетраманда. В Кевине намешаны пришельцы, которые ослабляют друг друга, а если остаются какие-то отголоски сознания, то помимо тараканов мальчишки ещё и какофония супергероев, не говоря уже об ощущениях себя и мира вокруг. Кевин победил в гладиаторском бою благодаря Бену. Сравнивать Кевина с З’Скером, что сравнивать младенца с чемпионом в борьбе.

Я поднялась на ноги, оставив оружие у ног. Испугалась истерики мальчишки, которого просто нужно поставить на место. Вот именно, мальчишки.

– Бен Теннисон, – усмехнулся Кевин, потеряв всякий интерес к сквайру и выбросив того в других. Ну, не настолько всё плохо с соображалкой, как могло быть – оказался рядом. Неуклюже, но устоял на месте, балансируя хвостом. Расстояние со спортивную площадку с многочисленными ступенями вверх. Быстро, но Молния Омнитрикса быстрее: исчезает и появляется в другом месте, движения же Кевина заметны глазу, как при размытом фокусе на снимке. – Почему ты здесь?

– Мне интереснее, почему здесь ты, – я скрестила руки, глядя на этого переростка снизу-вверх. Что-то всё-таки не то.

– Не паясничай, – он схватил за рубаху, чуть не вытряхнув из неё. Синтетическая ткань неприятно въелась в кожу, оставляя боль и ощущение жжения. – Ты не должен быть здесь. Не среди рыцарей. Где твои дедушка и кузина? Отвечай!

Я лишь продолжала моргать на него. Джозеф, Инокх, теперь и Кевин? Может, сериал реально состоит из кучи историй разных Бенов, иначе я совершенно ничего не понимаю.

Выстрел в Кевина. Он отвлёкся. Совсем ненадолго. Может, будь я быстрее, мне удалось бы запустить Омнитрикс, вот только у этого придурка две руки и две мощных лапы с цепкими пальцами – перехватить меня не составило труда и, распяв перед собой, использовал как щит. Не как заложника, а именно как щит. Это ж маленький ублюдок Кевин, удравший из дома и готовый убить ради своих целей. Всё это понятно, вот только умирать мне всё ещё не хотелось. Сейчас я всё же очень пожалела, что не пыталась запустить этот долбанный режим угадывания мыслей.

– Что, не будешь в него стрелять? – усмехнулся Кевин.

Я подняла глаза на застывшего Коннора. Его игра в благородство уже основательно бесила. Где вообще те рыцари, которых я знала? Или дети ещё не настолько отбитые на голову фанатики-ксенофобы?

– Бен Теннисон, почему ты здесь?

– Тебя заело? – выдохнула я. Голос прозвучал как-то неправильно не то хриплый, не то скрипучий, будто простывший или сорванный. Сомневаюсь, что голос начал ломаться, скорее причина та же, что и у изменившихся пальцев. Лучше бы рука материальность потеряла, хотя бы освободилась, а вместо этого нафиг не нужные когти-лезвия и «чешуйки» на тыльной стороне ладони.

Ещё один выстрел. Совсем рядом, но меня не задело. Кевин дёрнулся, начал метать глазами. Помимо Коннора появились другие ребята. Кевин зашипел, заскрипел зубами, отшвыривая хвостом окружавших сквайров сзади. Появился странный запах, одно крыло упало.

Где-то раздался взрыв.

– Твой напарник? – также хрипло поинтересовалась я.

Меня бесил этот голос, но ситуация бесила сильнее. Я знала, что среди вечных рыцарей как минимум в ближайшее время я и есть пушечное мясо, да и изменить своё положение будет ой как не просто, но я всё же убедила себя, что они были моим шансом выбраться из этого мира. У них дофига технологий, они подбирают всё и вся инопланетное, изучают. Я ведь в замке Инокха ещё ляпнула про машину Парадокса в Лос-Соледад, которую наверняка уже исследуют. Лишь бы их не дёрнуло вывозить оттуда, а разбираться на месте. Я помню про временную аномалию, но вряд ли она есть во всех мирах, а если должна быть и в этом, не факт, что она там ещё появилась. Со всеми этими параллельными мирами и теориями свихнуться легче, чем понять, что именно действовало во франшизе…

Однажды я прекращу отталкиваться от тех знаний, что были. На крайний случай, к концу лета они уже будут бесполезны, а с моей любовью к «Омниверсу» и везучестью – на все пять лет. Желательно за эти пять лет наконец-то найти способ вернуться домой, ну или хотя бы не свихнуться окончательно в окружавшем меня чокнутом мире, то и дело превращающимся в хоррор с маньяками. Чем больше я тут торчу, тем всё меньше надежд вернуть всё на круги своя. Учитывая, что я сотворила с жизнью Бена, не удивлюсь, что он сотворил что-то с моей. Лишь бы муж остался в живых и в здравом уме.

Я устала и хочу домой, а вместо этого мной размахивают, как какой-то тряпочной игрушкой.

– Если не отпустишь, то меня стошнит на тебя, – серьёзно предупредила я. Нет, правда, от этой качки и уныния мне совсем не хорошо.

Ещё несколько выстрелов. Я зашипела – плечо резануло и обожгло так, что в глазах на какой-то момент всё стало чёрным. Всё-таки стоило попытаться запустить мастер-контроль. Кажется, следом прошипел Кевин. В местах, где он держал меня, кожу болезненно защипало.

Всё больше нарастающие тошнота, боль в плече и слабость. Пока не убили – и я не знаю, радоваться мне или уже жалеть.

Я думала, что моё детство не из самых благополучных, с кучей травм и опасных моментов, но именно тут осознала, что росла-то в тепличных условиях. Дома было часто страшно, непредсказуемо и больно, но более-менее безопасно.

Зажмурилась, прикусила губу, сглатывая подступающую тошноту. Я всё ещё жива.

Ощущения в левой руке изменились, каждый палец словно мой собственный. Немного затёкшие из-за положения и хватки Кевина, но рука принадлежит именно мне. Та самая левая рука, которой я привыкла есть, шить и иногда даже пользоваться ножом. Та самая рука с тонким запястьем и гибкой кистью, способной выскользнуть из чуть свободного браслета, стоит лишь немного надавить.

Ещё один выстрел и ещё один рывок Кевина. Моя рука выскользнула, острые когти полоснули что-то мягкое и тёплое. Снова ругательства Кевина, в этот раз он швырнул в рыцарей меня.

– Ты как? – оказался рядом Коннор. Убить бы его за то, как хватает и осматривает руку, чуть не выворачивая плечо.

– Уже лучше, – заверила я, когда наконец-то стошнило скудными остатками обеда.

Есть захотелось ещё сильнее, чем прежде. Вот только вряд ли меня сегодня ждёт ужин. Тем более учение оказалось настоящим боем, в котором для начала надо выжить. Кевин метался между детьми, как мяч для боулинга между кеглями, и разбрасывал мальчишек как те самые кегли. Снова прогремел где-то взрыв. И тут Кевина сорвало. Если до этого он просто отбрасывал будущих рыцарей, то теперь насаживал их на выращенные кристаллы, словно куски шашлыка на шампуры, а после бесцеремонно стряхивал ослабших мальчишек и заменял следующими. Теперь сквайры не стремились подходить к нему. Кто-то выстрелил, Кевин оказался рядом и откусил голову.

Запах крови перемешивался с дымом, гарью и смертью. Это хуже, чем в Бэнкрофте. Когда мы прибыли туда, там уже были растерзанные холодные трупы и толпы перепуганных детей. Здесь же я была свидетелем бойни.

– Теннисон, подъём! – встряхнул меня за плечи Коннор.

Кевин шёл на нас, а меня сковало страхом, как когда отец избивал при мне сестру. Тело не слушалось, язык тоже. Я боялась подать хоть какой-то признак жизни и ненавидела себя за это. Ненавидела страх и беспомощность. Я не могла защитить сестрёнку, которую могли запросто убить на моих глазах. Маленькую, беззащитную девчушку с пухлыми щёчками и пальчиками, цепляющуюся за меня. Да и я никогда не могла защититься сама. Что я могла сделать против того, кто одним ударом впечатывал меня в стену, а синяки и шишки потом с неделю болели?

– Теннисон!

– Почему? – еле слышно выдохнула я. Выдохнула, а вдохнуть обратно не выходило – всё сковало. Будто корсет затянули на самый максимум и вот-вот сломают рёбра. – Почему это всегда происходит? – перед глазами плыло.

Левую руку закололо. До меня только дошло, что там живого места не должно остаться – один сплошной ожог от хватки пиронитом. При таком раскладе болеть там даже уже нечему. Просто тупо нечему, но оно покалывает. Сейчас скорее ощущение, что рука затекла и колит как раз от разгона крови. Смотреть страшно на руку. Ещё более страшно, чем на надвигающегося монстра, обрызганного кровью.

– Коннор, прикрой меня, – скомандовала я.

Сначала скомандовала, а лишь после сообразила, что сделала. Я хочу выжить и вернуться домой, хочу снова обнять мужа, поцеловать его, да и вообще вернуться к мужу и к своей жизни. Я не беспомощная забитая девчонка. У меня есть какой-то опыт и понимание ситуации. И у меня есть Омнитрикс с его пришельцами.

Да, мне больно и вообще чувствую себя паршиво, но: или рискнуть ради мизерного шанса выжить, или просто смириться и дать себя убить. Нет, я не хочу проходить через это снова: не важно, избиение при мне или угрозы расправы. Кажется, во всех кошмарах, где меня убивали, всегда был один и тот же человек. Вот только ни имени, ни голоса, ни лица, вообще ничего я не помнила. Перенести на него Кевина – легко. Сразу появился стимул вновь хвататься за соломинку, вдруг она окажется крепкой проволокой и удержит меня? Я хочу выжить, а для этого придётся усмирить Кевина.

– Коннор, его нельзя убивать. Целься, чтобы ранить и измотать. Не позволяй себя схватить. Это мы должны схватить его.

– Ты командуешь? – удивился он.

– Схватить его, – чётко повторила я задачу, запуская Омнитрикс.

Что ж, З’Скер, если ты не вмешаешься, меня убьют. Кто будет следующим носителем, неизвестно. Вылезай уже и покажи всем, кто здесь хозяин.

– А ты любишь командовать, – рассмеялась я.

Вернее, З’Скер, всё же соизволивший откликнуться. Сразу перехватил инициативу, но продолжал командовать уцелевшим маленький войском не он, а мы. Нам нужен Кевин – именно он остановит Агрегора, когда тот позарится на младенца небожителя. О да, З’Скер, я расскажу, что знаю о них, но позже. Если ты, конечно, не свалишь опять. Сейчас нужно схватить Кевина, для начала отвлечь его и не подпустить к какому-либо источнику энергии.

Коннор первым подчинился приказу, остальные сквайры последовали его примеру.

Мы же исчезли. Не знаем, насколько энергия Омнитрикса влияет на способности эктонурита этой межинопланетной химеры, но если эта ДНК в нём осталась, то должна стать лазейкой для его подчинения З’Скером.

З’Скер не сталкивался прежде с осмосианинами. Если вспомнить «Омниверс», то и удивляться нечему. В «Силах» призраки на Вилгаксии не смогли подчинить Кевина, поэтому уверенности никакой нет. И внешне в этой мешанине пришельцев эктонурит тоже не бросается в глаза, хотя Кевин точно до этого мог превращаться в него… Ну, как точно, в эпизоде мог, только стоило ли полагаться на мультсериал? Не попробуем, не узнаем. Тем более З’Скер вошёл в азарт и ему принципиально хотелось подчинить этого ребёнка даже больше меня. И как бы это не прозвучало странно, я ревную. Кажется, я слишком привыкла считать этого паразита своим. Своим, поэтому так задевало, что он вдруг затих, а теперь с интересом бросился в сторону Кевина. Я сошла с ума.

– Ещё нет.

Даже не хочу знать на что это. Что я ещё не сошла с ума. Что ещё рано атаковать. Что ещё что-то там в планах З’Скера.

Снова взрыв. Ближе и ощутимее. Или же тело Кевина восприимчивее к вибрациям.

Как-то Бен жаловался, что ему было некомфортно в образе Призрака, что бы он сказал, поменяйся мы сейчас вдруг телами обратно? Не просто в момент превращения в эктонурита, а когда З’Скер пробирается внутрь озверевшего Кевина, заставляя окунуться во всю ту бурю негатива, что царила в свихнувшемся ребёнке и тянула следом за собой.

Мне казалось, что я задыхаюсь – воздуха не хватало, тело словно разрывало изнутри. Я со своими-то эмоциями не всегда могла сладить, на кухне вон до сих пор скол на плитке, после того, как чашкой со злости туда зарядила. Хорошо, что в плитку, а не мужу в голову. Хотя желание прибить было очень велико. Или даже убить. Чашка в плитку – самое безобидное, а ведь рядом были и ножи. Я тогда была в бешенстве, но ещё контролировала себя, а Кевина захлестнуло и того круче. И это при том, что З’Скер ещё ничего… Больно обожгло. Чёртов пиронит. Хотя не исключаю, что так действовала неконтролируемая злость мальчишки. Всегда знала, что гнев сжигает. Не даёт силы или тепло, а просто превращает в пепел всё внутри. Противное ощущение.

Как бы я не любила Линга и Грида в паре, испытывать подобное – перебор. Это вон З’Скер же в этой агонии ещё выискивает те ниточки, за которые сумеет дёрнуть. Я бы предпочла убраться отсюда, пока есть чем дышать.

И снова взрыв.

Нет, это не снаружи. Кажется, З’Скер наконец-то нашёл нужное ему воспоминание, лазейку для подавления. Грубо ломая остатки человеческого, оставляя лишь животные инстинкты, которые итак плескали через край. Я ведь даже не удосужилась спросить, что было с тем рыцарем, которого мы использовали в храме, восстановился ли он. Что теперь будет с Кевином? И блин, я впервые за всё это время счастлива, что меня угораздило попасть в тушку носителя Омнитрикса, защитившего меня от этой жести.

Ещё один взрыв. Бахнуло так, что заложило уши, не забыв приложить и тело к чему-то там. Обжигать стало ещё сильнее – прижало же к чему-то раскалённому. И, кажется, расплавленному. Или так ощущается уже обожжённая кожа, не знаю. Нос, глаза и горло драло непонятной вонью. Перед глазами всё плясало: огонь, люди, какие-то предметы. Теоретически должны быть крики, треск, что-то ещё, но в ушах лишь звон.

Если это его воспоминания, то ему повезло выжить и остаться без уродливых шрамов… У Кевина же их не было на теле, не считая того, что на подбородке в «Омниверсе»?

Голова трещит. От попытки вспомнить бесполезные эпизоды и от зацикленной картинки. Снова взрыв, отбрасывает и оглушает, медленное осознание происходящего, ужас, взрыв и контузия, опять осознание… Замкнутый круг, в который З’Скер поместил мальчишку.

Я выдохнула медленно настолько, насколько смогла. Не могу сказать, что мне стало намного легче, но хотя бы отключилась от всего безумия, что сейчас царило внутри Кевина. По крайней мере он прекратил буянить и застыл. Кто-то из рыцарей выстрелил. Кевин рыкнул, почти вырвался. Теперь жжётся реально. Вроде бы вмешался Коннор, пытаясь остановить нападение, но Ланселот лишь отшвырнул его в сторону, давая новую команду. Даже не удивляет.

Ещё один выдох. Уже непроизвольный, а когда скрутило и утянуло прочь. Сперва жжение, потом это – я-то наивно думала, что ощущения захваченного не передаются. Не помню, чтобы я так хорошо ощущала состояние рыцаря, скорее логически понимала, что ему паршиво. А тут прям будто тело этой уродливой межрасовой химеры моё собственное. Из-за поглощённой энергии Омнитрикса и остатков эктонурита в ней?

З’Скер наконец-то решил выползти из Кевина, вытягивая и меня. Омнитрикс даже не горел красным, а ощущение, что я там целую вечность проторчала.

Я даже не хочу спрашивать, как мы оказались на ближайшей крыше. Обстрел прекратился. Рыцари внизу суетились, слышны их передвижения и приказы Ланселота. Орёт во всю глотку, от чего мне совсем не хочется слушаться и спускаться. Понятно же, что лимит милости исчерпан и теперь вернуться в подчинение будет хуже ада. Вернусь – и на меня точно накинут удавку, как на тех отловленных бедолагах-пришельцах. Уже получила предупреждение, что ещё одна выходка и я обзаведусь таким же “очаровательным аксессуаром”.

Ланселот прекратил оглушать своими требованиями мне подчиниться, закончив именно этим: я доигралась и теперь точно не избегу контроллера. Его голос стал тише, но всё ещё доносился.

– Ты сам бы послушался? – вздохнула я, продолжая наблюдать кипишь внизу.

Рыцари изнутри теперь выглядели жёсткой помесью Союза из Ноблесса и Провиденья под предводительством Чёрного рыцаря.

Глаз с головы перетёк на спину. Поступает так не в первый раз, но мне всё ещё сложно привыкнуть к этому. Видеть собственным затылком или спиной что-то в реальности ещё более странно, чем воспринимать тактильные ощущения. Я на миг зависла: опять что-то из прошлого? Восприятие Бена значительно отличалось от моего… и только столкнувшись взглядами с Мумией, я поняла, зачем З’Скер это сделал.

– Наше подкрепление, – прошипел в голове З’Скер.

Часы наконец-то запищали.

– Апух, – удивилась я, когда этот громадный монстр появился рядом и подловил меня, не дав кубарем улететь вниз. – Благодарю. Вот только…

Я машинально закрыла голову руками и сжалась в холодных руках бога смерти, когда рядом пролетела стрела. Поднялись. Следом что-то ещё. Апух рывком оказался на крыше соседнего здания, скрываясь от рыцарей. Рядом шелестел Мумия, продолжая волочить следом и связанного Кевина.

Этот мир сошёл с ума. Честно, он сошёл с ума.

Как они здесь оказались и почему вообще?

Лилиадна

Оставьте свое сообщение