Райский цветок. Гл.2

Название: Райский цветок
Автор: Лилиадна и shadow Rabbit
Фэндом: ориджинал (Хомагиум)
Жанры и предупреждения: гет (элементы слэша), драма, фентези
Рейтинг (возвратное ограничение): R (16+)
Размер: 1103 слова; планируется миди
Описание: Всегда казалось, что мир более сложный, чем виден на первый взгляд. Причём первый часто бывает лишь беглым.
Размещение на фикбуке: нет
Последнее редактирование: пока нет, но может быть когда-нибудь…

От автора

Начинаю я, малость больная на голову Лилиадна, т.к. идея создания Хомагиума всё же моя. Вообще-то я впервые с кем-то пишу об этом странном мире… Но говоря по правде, мне даже нравится эта затея. Но зачастую моя больная фантазия порождает чёрт знает что… Особенно, учитывая, что Хомагиум первоначально создавался как мир для фанфов, так что найти здесь можно будет кого и что угодно. Ладно, замолкаю и передаю слово Зайчонку.

М… Мой самый первый фанф, так что если где-то вдруг станет скучно… значит, это написал я^^. Мир Хомагуиума не мой, но довольно знакомый по рассказам и фанфикам самого автора^^. Думаю, должен понравиться не только мне.

Насчёт своей фантазии я врать не буду, т.к. сам не знаю больная она или нет О_о… но точно знаю, что в рамках приличного^^ и несовсем приличного^^. В рассказе я выступаю соавтором, но всё же для меня это будет больше Фанф, чем рассказ^^… мир-то не мой О_о… и авторские права нарушать нельзя^^

Ещё пару слов от Лил… Надеюсь, никто не против. Просто хочу выразить благодарность Теки за помощь и поддержку.

Глава 1

 

Глава 2

Юноша вышел из палаты и тут же с тяжёлым вздохом прислонился спиной к двери.

Эх… Не вышло. Наверное, ещё равно. Думаю, у неё будет шок… Ладно… Ещё куча работы. Расскажу ей завтра.

Он оттолкнулся от двери и пошёл по коридору, опустив голову.

Коридор, поворот, коридор… Эх… пора домой… Кажется, я ничего не пропустил. Не слишком серьёзный и не застенчивый. Блин… это мой первый пациент… А на практике было всё так просто.

Шаг зашагом, вот уже и улица. Улица города, ставшего таким знакомым и родным. Просторные сетчатые дороги Долины. Как всегда чистые, умытые дождями. По краям на газонах нет и соринки – лишь ровная мягкая трава или цветы. Яблони и вишни расцвели и благоухают, одурманивая жителей. Деревянные домики. У кого просто покрыты водозащитными покрытиями, а у кого ярко разукрашены. Всё это изобилие цветов и красок создавало иллюзию праздника. Хотя, для кого-то так оно и есть. Наверняка у фонтана опять толпы зевак и каких-нибудь скоморохов.

Мимо проскакала лошадь, мча за собой карету. Вот он, большой город. Столица и Центр. Со всеми его частыми шумами и гамами всё же стал близким и родным. Он вновь вернулся сюда, в когда-то покинутый дом.

Юноша пошарил в кармане, чтобы убедиться, не забыл ли он на сей раз ключ. Дверь отворилась, пуская в помещение, полностью забитое книгами, и прочим. У стены стояло нечто… напоминающее диван. Правда, вместо подушек лежали книги, а одеяла – какие-то записи… Упав на него, доктор посмотрел на единственную висящую ровно картину, или что-то… В которой было написано красными большими буквами “Диплом о сдаче экзамена на Мед факультете вручается Доктору Китэм Энудий”.

А казалось, совсем недавно, я учился в этом душном ужасном помещении, с тёмными коридорами, и злыми преподавателями, готовыми завалить за любую ошибку. Я снова здесь. Я выполнил обещание, данное моей матери стать врачом. И сейчас я здесь. Мой первый пациент… Я так волновался… Пытался убедить себя, что всё нормально, что так и должно быть. Даже руки тряслись. Так и должно быть? Я открываю дверь… вхожу… Так волновался. Хех. Но всё же всё прошло не так плохо…

Глядя на рамку, засыпается очень хорошо. Вот только всегда сниться один и тот же сон… Детство в родном мире.Смех и весельеПотом один мигИ всё это гаснет во мраке. Тишина.Когда не слышно ничего. Даже собственного сердца.Оно не бьётся, Больше не бьётся в этом мире яумер. И свет.Свет от фонаря, или солнца. Яркий.Слышны голоса. Больно. Больше я не помню.Не помню, как я очутился здесь. Помню что, както сразу появились люди, которых я почемуто называл родителями. Помню этот город, как будто жил в нём всю свою жизнь… Язык, предметы, всё знакомо… как будто вторая жизнь.Вот только не моя… Помню эту больницу, в которой теперь работаю. Она как будто капкан… Попав в неё раз, ты пытаешься убежать. Но всегда попадаешь в неё снова. В ней я «родился», В ней я дал Матери обещание перед её смертью, что стану доктором… И вней же теперь я работаю… Мне кажется, что умру я тоже в ней. Но всётаки надеюсь, что это случиться не так рано… Пока что я живу….И дышу. Кажется, дышу.И вроде живу… Да разве это жизнь?.. Когда-то была цель… И вот я достиг её… Что теперь?.. Я незнаю, что дальше… Что теперь делать и к чему стремиться?..Как будто я снова перестал слышать сердце. Но оно бьётся, и это, наверное, хорошо. Хотя, немного страшно… Проснусь ли я утром от этого кошмара?.. Незнаю… А надо ли?..

***

Девушка вернулась из уборной и подошла к окну. Всё же она в больнице, но явно не в родном селении. Сколько же она провела времени без сознания? Была в коме? Ведь когда началась резня, в деревне была осень. Они почти закончили копать картошку. На удивление урожай был очень хорошим… Ещё бы чуть-чуть и был бы праздник. Атамьян уже была невестой. Правда, брак был по расчёту. Как ей сказали “слюбится, стерпится”. Да и любить-то почти и некого было из тех, кто остался. Деревня была большой, но большинство забрали аристократы да государство…

Лес в округе был не особо густым, и поэтому дома делали из камней. Во многом их деревня тянула на маленький городок, но всё же жили все крестьяне. Да и как себя прокормить иначе? Зимой вязать, прясть – в общем: рукоделие. Весной-осенью – поле да огороды. Жить чем-то надо, да и ещё оброки платить. Учиться – деньги нужны, а их итак с трудом и за картошку выручишь, соленья ничего не стоят, а зерно – забирают, остатками кое-как кормятся все.

А здесь всё иначе. Кажется, никто не знает, что такое война и бойня. По крайней мере в лицо. Деревянные домики. Невысокие. Максимум в два этажа, из-за чего многие утопают в садовых деревьях.

Атамьян села на мягкую постель, лишний раз усмехнувшись, что к ней относятся как к какой-то госпоже… Только вот это несколько пугает. Мало ли куда её затащили. Может, она заложница. Или вернее даже наложница. Такая перспектива мало радует. Хотя, брак по расчёту тоже не лучший вариант. Но того она хотя бы знала. Старый зануда и жмот. Ещё и доносит, если что не по нему. В общем – жуткий тип…

– Доброе утро, – раздался тонкий детский голосок, вырвавший девушку из сна. Она даже не заметила, как уснула, размышляя о том, сём и другом.

– Доброе утро, – повторила девчушка, повисшая над её лицом. Маленькая. Лет пять, может шесть. Большие светло-зелёные глаза с любопытством разглядывали пациентку. Кудрявые тёмно-русые волосы рассыпались на голубом платье.

– Доброе, – вяло пробормотала Атамьян, окутываясь сильнее одеялом. Утро было всё же прохладным. С улицы ворвался свежий воздух, наполненный ароматом цветов с небольшой примесью дыма. Видимо, кто-то топит печь. Может, поблизости пекарня?

– Лация, вот ты где, – влетела в комнату молоденькая девушка в белом халате. Судя по всему, она была студенткой. – Я же просила тебя посидеть в приёмной. – Извини, – поклонилась она Атамьян, чем вызвала ночные подозрения. – Моя сестра очень неусидчива.

– Они настоящие? – ущипнув за уши малышки, похожие на кошачьи, спросила пациентка и тут же поняла, что так оно и есть – девочка взвизгнула и отскочила в сторону, обиженно потирая голову.

– Вообще-то да, – кивнула практикантка. – Вы ведь новенькая? Наверное, поэтому и не знаете. А это тебе наказанием будет, – повернулась та к сестрёнке. – Марш в приёмную.

Девочка гордо подняла голову и направилась к двери. Посмотрев недовольно на сестру и улыбнувшись Атамьян, вышла за дверь.

– Ох, уж эта Лация, – вздохнула девушка. – Она самая младшая в семье и немного взбалывашная. Извините нас.

– Всё в порядке… А можно узнать, когда будет завтрак?

– Хм, – практикантка поглядела на часы, – через двадцать минут.

Атамьян удивилась увиденному. На её часах вместо привычных двенадцати или, в крайнем случае, двадцати четырёх отметок было двадцать. У них двадцать часов или даже сорок в сутки? Девочка с кошачьими ушками, часы с двадцатью отметками, деревянные дома, утопающие в пышных садах… Всё-таки она не у себя на родине. И это уважительное отношения от каждого порядком раздражает.

– Ой, учитель, – потупилась практикантка, перед вошедшим мужчиной. – Лация сбежала, – попыталась объяснить она. – А Вы почему здесь? – Девушка скрестила руки за спиной, словно что-то прятала, и попыталась обойти его, но за спиной мужчины оказался лечащий врач Атамьян. – Энудий-ким! – обрадовалась она. – Как Вам быть профессионалом, а не студентом? – с любопытством донимала девушка. Видимо, они хорошо знакомы. – Ах да, Вас и Вас, учитель, брат давно мечтает увидеть в своём клубе, – выкрикнула она, всё же вырвавшись из комнаты.

Врач подавил смех и хлопнул по плечу доктора Энудия. Тот, прикусив нижнюю губу, отвернулся:

– Правда то, что она сказала?

– Э-э… – Доктор Энудий так и стоял, словно рука другого врача приковала его к полу. – Вообще-то…

– Отлично! – воскликнул врач. – Наконец-то ты признал, что такое на самом деле клуб!

– Ну, на самом деле? – с бледным лицом попытался отвертеться Энудий, правда его каждый раз прерывали.

– Скоро ты сам почувствуешь всю радость и силу этого искусства! Всё-таки если бы ты не уехал тогда, кто знает, что было бы сейчас, – мечтательно проронил коллега.

– Ну да как же… – буркнув Энудий и опустил глаза вниз.

– Я уже вижу твоё будущее, – продолжал наглядно издеваться доктор. – Ты будешь выступать в этих пьесах главным героем.

– ЧТО??? – Вдруг глаза молодого врача расширились. В них читался дикий испуг. Атамьян с интересом наблюдала эту сцену, мучаясь уже от любопытства, о каком клубе идёт речь.

– Ну да… Главным героем в таких пьесах. Клуб, наверняка, будет пользоваться ещё большим успехом…

– Ммм… недостоин… – С бедного парня начал просачиваться пот. Видимо, он не очень хорошего мнения от такого решения.

– И тогда… ты будешь выступать в самых СМЕЛЫХ сценах… и…

– НЕТ!!!!

– Ээээ, вы вообще о чём сейчас? – косо посмотрела девушка на врачей, прерывая этот оживлённый спор.. – Что ещё за клуб?

– Ммм… Расскажи ты ей, – ещё больше смутился паренёк. – А я отойду… – Он как ошпаренный кинулся к двери. Шум захлопнувшей двери чуть не привёл к тому, что девушка чуть вслух не спросила: «Он, что вспомнил про включенный утюг на брюках?». Хотя больше было похоже, что он увидел призрака, который ему не даёт спокойно жить. Или же приведение из того самого клуба.

– Хорошо, хоть он крови не боится, – улыбнулся доктор. – Славный парень, вот только… Мы его как-то пригласили в «Алтэр Эго[1]». И кое-кто подшутить над ним решил, да не туда отправил, а там эротическое представление было. Причём данный клуб известен своими замашками в подобном деле. Плётки, верёвки… Кто во что горазд. Знал бы, что так получится, сам бы встретил. Арета вечно пытается подшутить над ним и порой делает это слишком жестоко. Ладно, забудем пока об этом. Как себя чувствуете сегодня?

– Ну, словно заново родилась, – ответила пациентка, мысленно воображая доктора Энудия в той ситуации, которую вкратце обрисовал новый знакомый.

– Это радует. Скоро завтрак, думаю, стоит Вас проводить. Я зайду после осмотра ещё парочки пациентов, а пока можете переодеться.

– Угу, – пробурчала она, пытаясь найти свою одежду.

Доктор вышел и теперь можно было свободно перемещаться по палате. Девушка раскрыла платяной шкаф, но вот чего не ожидала, так это одежды для себя. А вот старой не было видно. Постояв немного в растерянности, она сама себя отругала за глупость и достала зелёную кофту и юбку. Вряд ли бы кому-то и в голову пришло бы сохранить её лохмотья.

***

Энудий быстрыми шагами направился в туалет, стараясь прийти в себя. Конечно, можно было зайти к своей пациентке, но вот опять встречаться с учителем… Хотя нет, сейчас же он уже бывший учитель, но привычка называть его так сохранилась.

Нет, всё же в голове по сию пору полный бардак. Надо умыться и всё обдумать. Эта девчонка специально выводит его из себя. Вполне возможно, что то происшествие – её рук дело… Вопрос на засыпку: Куда дели полотенце? Неужели Мияна опять забрала в стрику, а чистое забыла повесить?

– Бу!!! – выпалила Арета, неожиданно появившаяся в коридоре, из-за чего доктор чуть вновь не ввалился кубарем в туалет, споткнувшись о порог позади себя. Девушка торжествующе захлопала в ладоши. – Хи… Опять поймала! Всегда ты попадаешься. Как же мне это нравится, – с наслаждением от маленькой победы протянула она.

– Блин, когда-нибудь я протяну ноги от твоих шуток, – переводя дух, признался доктор. – Зачем ты сделала???

– Ну, прости, – сделала невинное лицо девушка. – Но ты совсем не смотришь куда идёшь… И я не сдержалась.

– Я не про это! А про то, что произошло в палате!.. Зачем ты рассказала ему такое? Хотя… рассказывать и смысла не было, он сам всё видел, – вздохнул юноша. – Но уж напоминать?! Ты же знаешь его… он опять начал сочинять.

Даже ангельскому терпению однажды приходит конец. И когда конец ему приходит, то его обладатель становится полной противоположностью… Хорошо, что диалог никто не слышал…

– А что тебе не нравится?.. Почему ты не хочешь пойти в клуб? – не могла уняться Арета. – Только представь… – девушка мечтательно закатила глаза, – с твоим телом на сцене…

– Нет!

– Ммм… Вот это бы было… Мы собирали бы полные залы… Цепи, ремни, плётки…

– УЖАС! – чуть не взвыл Энудий. – … Мы???

– Ну да, – гордо отпарировала она, демонстрируя свою фигуру. – Представь-ка как мы будем выступать парой… Мы будем вместе на сцене, весь зал просто об…

– МОЛЧИ! – оборвал юноша. Смущение уже сменялось отвращением. Алые щёки посинели. Девчонка вновь ввергла его в шок.

– Ну вот, ты опять попался, – рассмеялась Арета. – Ну, скажи честно, зачем ты развиваешь своё тело, а до сих пор даже не сделал «этого» с девушкой. Я ведь знаю, что парни вызывают у тебя желание смыться куда подальше…

– Потому что у меня свои взгляды на жизнь!

– Эх ты, – вздохнула девушка, накручивая белёсые волосы на указательный палец. Может, со стороны это и выглядит похожим на флирт, но практикантка уже просто не знала что сказать. – С самого рождения ты был какой-то странный.

– Да откуда тебе знать? – успокаиваясь, спросил Энудий.

– Все об этом говорят, – пожала она плечами.

– А я не такой как все, – гордо сказал врач. – Я развиваю своё тело, чтобы доставить удовольствие только одной женщине. Я не хочу отправлять себя на всеобщее растерзание!

– Ну и зря… – обиделась Арета, окончательно потеряв интерес к жертве. Видимо, она вспомнила о своей сестрёнке и метнулась за угол.

Энудий успел прийти в себя. Вообще-то Арета, Лация, как и многие другие родившиеся здесь люди, стали обладателями ушек, олицетворяющих невинность[2]. Этот ген оказался доминантным. И появились они несколько сотен лет назад, когда кто-то из Путников «привёл» таких людей в Хомагиум. Если верить истории, то в тот момент новоприбывшие ничем не отличались от остальных. Ну да, дети сюда попадают крайне редко, если за дело не берётся сама Правительница, след которой простыл давным-давно.

Может быть, Арете бы и хотелось скрыть тот факт, что пару месяцев назад она познала плотские отношения, но её тело явно не скрывало это. Но с другой стороны, она уже была достаточно взрослой, и вмешиваться в её жизнь не собирались. Если бы это было против её желания, то она могла бы с лёгкостью обратиться в Суд. Там с такими быстро разбираются. Но ведь, нет. Она даже довольна этим.

Вряд ли это произошло в клубе. Ей нет восемнадцати, а раз так, то такие услуги запрещены. Стоит один раз нарушить и проблем не оберёшься. Хоть такие заведения и законны, но там куча своих тонкостей, как и с публичными домами и работорговлей…

– Ох, извините, доктор Энудий, – попросила прощения Мияна, не увидевшая его из-за горы чистых полотенец. – Тележку дети стащили и спрятали, приходится в ручную…

– Всё в порядке.

Побродив ещё немного по коридорам, попытавшись ещё раз разобрать произошедшее и смутившись, вспомнив учителя и Арету… Вот только вспоминать об этой бестии было опасно. Всегда была легка на помине. И этот раз не исключение. Не будь у неё собеседника, она бы вновь подколола его, но лишь показала язык и вернулась к поучениям медсестры. Пока она занята, лучше всего скрыться с глаз долой. Да и пора наведать пациентку.

Он остановился у двери, пытаясь понять, вышел ли учитель от неё. Тишина в палате. Значит, ушёл. Просто с его голосом такого быть не может. И говорить он любит. Юноша тихонько постучал в дверь и вошёл внутрь.

Атамьян стояла перед зеркалом, оглядывая саму себя в новом наряде. Длинная юбка, сливавшаяся с кофтой смотрелись, словно вечернее платье, которое словно намеренно подчёркивало её изгибы. Она не казалась прямо-таки настолько слабой – всё же работа в поле сделала своё дело, но вот тяжёлые времена. Видимо им и в самом деле пришлось туго из-за этой неразберихи. Длинные тёмные волосы тяжёлой косой спускались по спине.

– По-моему, я в нём выгляжу слишком уж худой, – задумчиво произнесла она, глядя через зеркало на вошедшего врача.

– Чёрт… – растерялся тот.

– Всё настолько ужасно?

– Да нет, платье просто отличное, – ответил доктор, чувствуя, что его лицо вновь наливается краской. – Просто… ещё не пришёл в себя после сегодняшних шуточек… Ммм… мне не удобно просить об этом… но можно я посижу здесь у тебя немного? Не хочу натыкаться ещё на какого-нибудь шутника в коридоре…

– Хм… Судя по всему, шутка в том клубе и в самом деле была неприятной. Вам принести чего-нибудь из столовой? – улыбнулась девушка. – Вы ведь тоже человек, насколько я знаю, и есть время от времени должны, – неуверенно предположила она, вспомнив о малышке, поднявшей её этим утром.

– Ммм… ну, мне немного неудобно о таком. – Совсем раскрасневшись, юноша отвернулся к окну.

– Да ладно Вам. У меня ведь руки не отвалятся, – отчеканила она, стоя в дверях. – В общем, ждите.

– Но… – попытался остановить доктор пациентку, – Вы же не знаете, где кухня… – но вряд ли та услышала его, ведь уже успела выскочить в коридор. – Ммм… Ну, ладно останусь ненадолго один. – Посмотрев по сторонам Энудий закрыл дверь, и пока никого нет, прилёг на кровать.

Что-то день начался неудачно. Словно встал не с той ноги. То дома по мелочам не ладится, то эта Арета со своими приколами…

– Да… Кровати здесь такие мягкие… – попытался от отвлечь себя от проблем и сам не заметил, как переключился на Атамьян и её поиски столовой. Ведь он совсем забыл объяснить ей как туда добраться. С одной стороны это даже забавно…

 

***

– Доктор, доктор Энудий, – тихонько повторила вернувшаяся с разносом Атамьян. Узнав, можно ли взять с собой, она быстренько нахватала блюда и вернулась обратно. Хорошо, что заходивший утром доктор Керр всё же сдержал слово и проводил до столовой. Его даже несколько удивило, что его коллега всё же не пошёл, но вспомнив довольное лицо Ареты, тут же понял причину. Да уж, эта девчонка не упустит возможности поиздеваться над бедолагой.

Пациентка поставила разнос на стол и тихонька села рядом уснувшим юношей. Родители всегда учили, что нельзя будить резко и сильно. Многие в их селе считали, что душа путешествует во время сна и слишком резкое её возвращение может пагубно повлиять на человека. Атамьян тихонько задела его рукой.

– Ой, что такое?.. – вздрогнул доктор. – Я заснул? Простите… – смутился он, – мне так неловко.

– Всё в порядке, – улыбнулась Атамьян. – Я не знала, что Вам нравится, и немного посоветовалась с доктором Керром, – быстренько перевела она тему разговора. Нет желания доводить и без того уставшего человека от издёвок, да и блюда скоро остынут…

– Да? – доктор встряхнул головой, приводя свои мысли в порядок, и посмотрел на разнос. – Спасибо, что сделали это для меня.

– А ещё я решила поверить Вашим предпочтениям в местной кухне и взяла себе то же самое.

– Ну, не думаю, что мои предпочтения такие уж вкусные. – Наконец-то доктор улыбнулся.

– Хм. Но наверняка полезные. Да и сейчас мы это узнаем. Хотя… у каждого ведь свои вкусы, – задумалась она, беря в руки ложку. – Приятного аппетита.

– Приятного, – ответил юноша. Он взял ложку и не спеша начал есть, хотя его взгляд выдавал, что он голоден. Может, этикет. Или же как доктор, он всегда делал так.

Атамьян последовала его примеру. Салаты и каши были совсем не такими, как она привыкла. Она даже несколько растерялась, взяв в рот ложку. Почему-то вновь возникли подозрения. Хотя… Ведь если вдуматься, то все в округе были весьма любезны не только к ней, но и к друг другу. Всё было очень непривычно. И уверенность, что она уже не у себя на родине закрепилась накрепко, но ещё большим шоком стала мысль, что ей здесь даже нравится.

– Ммм… – доктор Энудий наконец-то нарушил создавшуюся за завтраком тишину. – Наверное, ты уже заметила?

– Что именно?

– Ну… – не зная, как продолжить, замялся врач. – Всё вокруг… Не знаю, как это лучше сказать… Но… Ты не замечаешь странных вещей?

– Девочка с кошачьими ушами, уважение, – начала перечислять Атамьян, оставив на время понравившееся блюдо, – отсутствие здесь каких-либо признаков войны, совершенно другая культура. И речь кстати тоже. Только ещё не совсем могу понять, откуда я знаю. Ах да, татуировка на левом плече, что у меня чуть ли не с детства (не помню, откуда она появилась) стала почти незаметной. Когда-то один из моих друзей говорил о параллельных мирах, – задумалась она, постукивая указательным пальцем по нижней губе, – словно я в него и попала… Я не отрицала подобных вещей, но и не особо верила, если честно.

– Ну, значит, моя работа почти закончена. – Он неловко отвёл взгляд в сторону. – Не знаю каким был твой родной мир. Не знаю, лучше ли этот… Но… Ты попала в точку… Прости, я должен был сказать тебе это ещё вчера.

– Ну, знаете ли, если такое сказать человеку в лоб (а я-то человек), он либо сочтёт Вас сумасшедшим, либо сам станет таким, – пожала плечами девушка. – Кстати, Атамьян – моё имя при крестинах. Его знали только родители, и после замужества… – Девушка запнулась, отказываясь вспоминать ходячее недоразумение, предназначенного ей в мужья.

– Правда? Ну… Вы мой первый пациент… – Кажется, доктор Энудий заметил изменение лица при упоминании о женихе и не стал расспрашивать о нём. – А почему Вы решили взять это имя?

– Мне оно всегда нравилось. Это лучше чем быть Такимаиесак, – скорчилась Атамьян. – Оно такое дурацкое. И язык сломать можно.

– Как-как? Такима… э-э…– переспросил врач.

Такимаиесак, – повторила девушка, потянувшись за стаканом. – Жуткое оно… И значение у него дурное.

– Значение? – удивился собеседник.

– Угу, – кивнула пациентка. – Что-то типа «Кровавой битвы»…

– Битвы? Кровавой??? – поперхнулся Энудий. – Какой ужас!

– Вот и я о том же. А что значит Ваше имя, доктор?

– Ну… Я точно не знаю… Моё имя – единственное, что осталось от прошлой жизни. правда, я забыл его значение… Хотя можно придумать любое… Какое бы Вы хотели?

Девушка с недоумением посмотрела на собеседника. Для неё было странным, что ей предложили придумать значение имени. Имя – это то, что нельзя изменить. Оно обладает странными силами, неся собственное значение. Как-то у них был бродяга, который однажды сказал, что как корабль назовёшь, то так он и поплывёт. Вот только почему ей досталось такое странное? Может, желание уберечь от смерти в бою…

– Хм, – задумалась она. – У нас на родине было похожее что-то… Энуд! – вспомнила она. – Значит «Райский цветок». Как раз получится ваше имя, при добавлении мужского суффикса, – проговорила Атамьян, потянувшись за фруктом. – А это что такое?

– Райский цветок? – удивился доктор. – Ммм. Это яблоко, – пояснил он. – У вас не растут яблоки? То есть яблони.

– Растут, но в основном мелкие и кислые. Есть с кулак, но они…. Бе-э, – девушка сморщилась.

– О-о-о, – протянул врач. – Ну, эти, вроде бы, сладкие. Если это те, что использовались в пьесе «Райское яблоко», то должно быть сочным и сладким.

– Очень вкусные…

– Значит, они самые. – Энудий взял один кусочек. – Да… Хоть я и не выступал в тех пьесах (и всегда старался их избегать), я знаю вкус этих яблок. Вкусно.

– А я о пьесах и спектаклях только понаслышке знаю, – задумчиво протянула Атамьян,

– Что? правда?.. Ммм… Прости, я не знал… А что было в твоём мире? Расскажи о нём.

– Ну… Там явно не до скуки. Просто времени нет. Круглый год пашешь как лошадь. Парней у нас забрали, и многих девчонок планировали по расчёту выдать. Я в том числе. Возможно, что я попала сюда, даже спасло меня от печальной участи. Парням же везло меньше. Войны и междоусобицы. Страна разваливается и каждый пытается оторвать кусок побольше. Одни с нас трясли оброки, другие налоги. Жили с горем пополам. Знаете, я даже подумала, что меня в наложницы взяли, – смутилась она, – когда очнулась и постепенно начала разбираться что к чему. Дома мне часто говорили, что я слишком спокойно ко всему отношусь, наверное, поэтому, я довольно легко поняла, что к чему. И даже приняла это.

– Это ужасно… – Не ожидая подобного описания родины, доктор даже растерялся. – Думаю, что теперь Вы туда не вернётесь. Думаю, всё же здесь для Вас будет лучше, – подбодрил он. – Хотя тут тоже есть от чего падать в обморок… – тихонечко добавил доктор, отводя взгляд. – Например мне… Ну, всё это терпимо по сравнению с тем что было у Вас… – Он уверенно, но с надеждой на понимание, посмотрел ей в глаза. – Уверяю теперь всё будет хорошо…

– Поверю Вам на слово, – улыбнулась Атамьян. – Думаю, меня скоро уже выпишут.

– Да… Думаю, скоро. – Доктор снова отвёл взгляд в сторону, как будто сделав только что ошибку.

– Немного печально будет, – проронила она, так же смотря в окно.

– Ну, кто из нас не хотел начать новую жизнь? Теперь у Вас всё для этого: новые знакомства, новые люди… Всё-таки здесь лучше. Со временем Вы привыкните и обретёте новую жизнь.

– Я знаю, просто…

Девушка задумалась. Она не знала, как объяснить то, что у неё на душе. С одной стороны она даже рада, с другой… Может, здесь всё сложится иначе. Дома её даже родители не очень-то любили. Многие считали её чужачкой, приносящей море проблем. Что дурного в том, что у неё хороший слух? Ведь сами сколько раз пользовались этим «даром». Может, здесь всё будет иначе? Но вот остаётся какой-то страх, что всё повторится. Но вместе с ним и надежда:

– Как бы это сказать? Вы не поможете мне освоиться здесь?

– Конечно, это входит в мои обязанности, – заверил Энудий. – Хотя не только мои, но всё же… Вас не выгонят отсюда на все четыре стороны без ничего… Не пугайтесь.

– Я читала вопросы анкеты, – вспомнила пациентка. – И там были не только вопросы, – улыбнулась Атамьян, посмотрев на доктора. – Мне предоставят жильё и работу, которая мне привычна.

– Ну, да… – согласился он. – Так Вы всё-таки решили её заполнить?.. Ну, тогда мне нечего объяснять по этому поводу.

– Я впервые поняла, что такое скука, – ошарашено посмотрела на врача пациентка.

И действительно. Дома не было возможности бездельничать, и поэтому скука не была знакомой.

– Во-во-во… – задумался было о своём врач. – Вы о чём?

– Я же говорю, что у нас там скучать некогда было. Всё время дела, дела. А тут… – махнула девушка рукой. – Не зная чем себя занять, я прочитала всё. Кстати, интересная письменность. Более сорока букв и куча знаков препинания. У нас в алфавите всего лишь около тридцати букв…

– Правда?.. – удивился Энудий. Он никогда не обращал внимания на письменность. Просто писал как было удобнее. Обычно пользуясь слогами, буквами и парочкой символов, обозначающих длинные сочетания букв. Использование корней было редкостью, это девушка успела заметить в анкете.

– Ну, этим языком сложнее орудовать. За то здесь есть практически все слова, на любую ситуацию.

– Да, я заметила. А ещё узнала, что здесь есть и слоговая и словесная системы, – задумалась она. – Бедные школьники… Но всё же это интересно. Мне вот дома не довелось узнать, что такое школа. Друзья читать научили. У меня друзья-врачи были… Вот они и помогали.

– Да, учить все сочетания букв и в самом деле нелегко. Корни учат в основном лишь писари или те, кто связан как-либо с книгами или ещё чем. Но школа – и впрямь интересно. Мне нравилось там. Жаль, что Вы не узнали что это. А чем занимаются врачи у Вас?

– В основном работали на богатеньких правителей или вытаскивали тех, кого успевали с поля боя.

– Ясно… Но… у нас обычно такого не бывает. Но не сказать, что врачом быть легко… На практике нам говорили быть готовым ко всему: и к войне, и к миру. Местная история не без тёмных дней, но всё-таки… Мы все умеем находить общий язык и сохранять мир. А где бы вы хотели работать?

– Я ведь привыкла к рукоделию или к полю. Я вышивать люблю, – улыбнулась девушка.

Доктор тоже улыбнулся в ответ:

– Ну, тогда думаю, ремесло. Больше будет зависеть от желания, а не от возможностей… Хотя, наверняка, первым, что вам предложат, будет стать актрисой… Не самое удачное решение… но всё же выбор за Вами…

– Может быть. Только актриса из меня… Не люблю публику, – с обреченностью пробормотала Атамьян.

– Ну, время покажет. Теперь у Вас его будет предостаточно. – Доктор посмотрел на часы, затем на уже изрядно опустевшую тарелку. – Думаю, Вам не терпится посмотреть окружающий мир. Тем более сейчас самое время для прогулок. Небольшая прогулка после еды добавит чувство сытости, и улучшит форму, тем более просто полезно иногда прогуливаться по свежему воздуху.

 


[1] Думаю, получилось не очень правильно написать, но по идее это латынь: alter ego – мой двойник, другой я

 

[2] Не строю из себя невинность и исправляю положение. Хотя, для любителей сёнен-ая и/или яоя секрета, откуда идея, явно нет. Я же говорила, что этот мир был создан по большей части для фанфов?

Так что отдаём должное аниме и манге Loveless.

И вообще – это только начало…

Глава 3

Глава 4

Запись опубликована в рубрике Гет, Фантазии, Хомагиум. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *