Мир – странная штука. Гл. 5

Дома некоторые запарки, писать пока не получается, займусь хотя бы вычиткой…

Название: Мир – странная штука
Автор: Лилиадна
Фэндом: ориджинал (Город снов)
Жанры и предупреждения: мистика (?), фемслэш
Рейтинг (возвратное ограничение): R (18+), возможно, выше R…
Размер: 2690 слов; планируется миди
Описание: Должен ли эмпат понимать эмпата? Являются ли их чувства реальными или это просто игра их способностей?
Размещение на фикбуке: нет
Последнее редактирование: 2016-06-19 мелкие правки только в ходе вычитки

<<Начало

<< Предыдущая глава

Глава 5

5

Утро началось намного лучше, чем закончился день. Даже после полуночных посиделок, девушки чувствовали себя бодрыми. Юля не подняла вопросов, зачем Марфа усыпила её, не о событиях после. Кажется, она простила всё из-за ночного кошмара. Хозяйку дома опять донимали родственнички Джулии, а вот Юлия просто пожимала плечами, говоря, что их не знает, но этот шум за окном ей надоел, она вернулась в комнату и вышла оттуда с пачкой документов.

– Видели меня, – послышался её голос. – Мы и в самом деле так похожи с вашей племянницей?

– Как две капли воды, – ошарашено смотрели на неё великаны, вчитываясь в удостоверения личности.

Марфа старалась не высовываться, хоть ей и было интересно. Джюн надо было идти в театральный, а не в медицинский – такой талант пропадает! Но с другой стороны, это было необходимым навыком, чтобы выжить. С одной стороны голос Юлии казался мягким, но непреклонным, словно она уже не раз сталкивалась с неизлечимыми больными и привыкла держать эмоции в узде. Такой перемены родственники Джулии не могли представить, потому что их племянница ещё была ребёнком, точнее подростком, живущим по собственным желаниям, предпочитая ломать устои. А ведь именно их она и сломала. Если бы эти люди только знали.

Мужчина ещё раз пролистал паспорт, искоса поглядывая на девушку, не поделка ли в руках.

Юля спокойно ожидала продолжения. Она предложила позвонить своей матери и убедиться, что тот и сделал.

– Ты же сам хоронил моего сына, – отозвалась женщина. – А перед трагедией он удочерил её, – она положила руки на плечи девушке. – Может, в ней нет моей крови, но всё равно родная.

Разочарование, негодование, злость, растерянность, страх – всё смешалось в великанах и горькой волной захлестнуло Марфу. Эти люди припоминали об удочерении, но слышали об этом лишь отстранённо: это не их семья – не вмешивались. Но теперь жалели об этом. А Юлия… Юлия жестоко била по всем слабым местам.  Она значительно подросла в умениях, хоть и в прошлом почти лишилась своих задатков.

Кажется, я была права, думала Марфа, прижимая колени к груди. Джюн из тех, кто при ранении становится жестоким. Стоит её задеть, как эта девушка принимает защитную позицию, позволяя нанести удар и именно в этот момент ответить, когда противник сосредоточен на атаке, когда он слаб. Если Марфа когда-то и знала Джулию, то она действительно мертва. Отныне существует только Андросова Юлия Эдуардовна. Нет, не существует, а живёт, наслаждаясь приобретённой жизнью и силой. Опять не так, опять ошибка: Силой.

В случае таких людей, как Лика и Джюн, эмпатия – не просто сопереживание, а умение использовать чувства, находить слабости. И как использовать по жизни – каждый эмпат решает сам. Теперь выбор сделала и Джюн. Почему-то это немного пугает. Пугает её умение убивать собственные эмоции. Вот только почему? Ведь Марфа сама часто к такому прибегала. Может, именно потому, что прибегала и это в прошлом, что уж говорить, если она вообще прибегала к магии или чему-то такому, чтобы не чувствовать… Такое ощущение, что Джюн задалась целью показать Марфе все её недостатки. Показать к чему могут привести бредовые идеи. Если эта уже бывшая школьница ещё и время вспять повернёт… уже будет пределом.

Юлия зашла в комнату и удивлённо уставилась на свернувшуюся комочком любовницу, словно пытавшуюся спастись от избиения. Девушка присела рядом, легонько погладила по рукам, стараясь не прикасаться к волосам, зная, как это действует на Марфу. В комнате навис молчаливый вопрос о причине, но и ответ остался безмолвным. Лика какое-то время продолжала самокопание, а вскоре начала суетливо собираться домой. Время уже девятый час, а она всё ещё тут. Для деревенской жизни это слишком расточительно. Такое поведение опять задело Юлю. Марфа уставилась на неё, театрально взмахнула руками:

– А что сидишь-то? Или не идёшь со мной? Ведь сидя тут, я тебе многое не смогу показать из того, что очень хочу! – она вцепилась в руки Джюн и потянула к двери. – Но… – Лика ослабила хватку, – если тебе не интересно, то не буду настаивать.

– Ты и в самом деле болтаешь глупости. Знаешь, мне бы хотелось посмотреть, как ты находишь кукольные туфельки среди зарослей гороха в поле, – рассмеялась Юля, – Сасори-дана.

 

Показать всё и вся сразу было нереально не только физически, но и морально, плюс ко всему, Марфе нужно было сделать кучу всего по дому. Да и начать пришлось с кормления животных. Пёс опять не хотел отпускать, из-за чего получил выговор, но уже не пытался укусить Марфу за ногу, как обычно делал, чтобы привлечь её внимание. Ещё он очень быстро принял Юлю, словно всю жизнь знал.

– И вот это называется охранник, – разочарованно посмотрела на них Марфа, заходя в амбар за зерном. Заиграла ностальгия по детским посиделкам с несколькими десятками цыплят, каждый из которых имел своё имя. Более того: птенцы различали их! Конечно, ничего теперь этого нет. И это немного огорчает. – Ночь. И не вздрогнет убийцы рука…

– Ты о чём это? – спросила Юля, следя за Марфой.

Девушка вздохнула, потом усмехнулась почти сразу же, вспоминая что-то своё, о чём не говорила юной любовнице. На что та немного насупилась, но предпочла промолчать – время ещё есть рассказать.

Обед Марфа устроила на крыльце. Девушки сидели на перилах, наслаждаясь гуляющим ветерком и едой – здесь она была намного вкуснее, чем в душной комнатке. Рядом сидели кошки, ожидая, что им всё же что-то перепадёт, но хозяйка была непреклонна:

– Вы же знаете, что нет мыши – нет еды, – строго сказала Марфа, так и не поворачивая к ним голову. Она прекрасно знала тот умоляющий взгляд, упившийся в неё. – Юль, ты слышала о ночных пирах?

– Опять ударилась в мифологию?

– Просто сегодня полнолуние. Когда петух начнёт звать солнце, то вместо грядок можно увидеть шикарный стол, – мечтательно улыбнулась Марфа. Казалось, что она его уже видит вместо зарослей помидоров у вишни. –  Если останешься, то увидишь это шикарное пишерство. Только… – она повернулась к Юле и строго посмотрела, – нельзя есть ничего со стола. Те, кто едят, теряют вкус к жизни. Не веришь? – спросила она, поймав взгляд любовницы, та пожала плечами в ответ. – Мы вот приняли участие, – с какой-то тоской сказала она. С одной стороны хотелось вновь испытать те ощущения, но с другой это вызывало отнюдь не лучшие воспоминания. Пусть Марфа и пыталась не показывать это внешне, но от эмпата скрыть такие вещи намного сложнее. Юля поняла, что причина именно в воспоминаниях, а не от её неверения в историю. – Тогда одна из моих подруг ночевала тут (у неё родственники через пару дворов). Мне ночью опять в туалет приспичило, одной страшно, – усмехнулась Марфа. – Разбудила её, она хоть и поворчала, но пошла. Мы вышли, а там… Грандиозный праздник, стол ломится от угощений. В отличие от неё я просто сидела и наблюдала за веселящимися незнакомцами и подругой…

– Умерла?

– Нет, – Марфа помотала головой, – просто изменилась. Я бы не сказала, что она повзрослела, как отозвались многие… Просто изменилась, в её жизни пропали все человеческие ценности, типа любви, дружбы. Что с ней сейчас, уже не знаю, но её брат сказал, что это не его сестра: его сестра была доброй и оптимистичной, а не холодной и расчётливой, ценящей только материальное положение.

– Может, тебе просто приснилось? Да и жизнь многих меняет.

– Я сперва тоже так думала, – призналась Марфа, глядя на вишню. – Однако этот пир я видела не раз. Организм – такая штука, которая имеет привычку к одному распорядку: в одно время вставать, в одно время есть, в одно время спать, и то же самое со всеми другими потребностями. Даже если сбить сон, то остальное всё равно идёт в том же режиме. И кому я это рассказываю? – усмехнулась Марфа, вспомнив студенческий Юли. – Не стоит есть то, что предлагают тебе незнакомцы, да и интуиция тоже спасает, – как-то резко она перешла на другую тему. – Не знаю, есть ли это у других, но в этой деревне много чего происходит интересного, – Марфа рассмеялась. Она подняла палец вверх, – В трёх местах были жертвоприношения, там тоже куча всего приключается. Если правильно подобрать время, то можно встретить призраков в переулках, на мосту столкнуться с утопленниками, в колодце можно взять Живую или Мёртвую воду, на речке увидеть русалок и даже попасть к ним в дождливый день, когда радуга зеркальна сама себе и при этом одна единственная на небе. – Марфа облизнула пальцы, очищая их от соуса. – Если сумеешь выполнить некоторые обряды, то можешь заключить сделку с демонами или хранителями ли. Тут много чего происходит, – повторилась девушка. – Просто люди не замечают этого и живут своей обычной жизнью, предпочитая игнорировать маленькие чудеса.

– Либо они просто взрослее тебя, – рассмеялась Юля.

– Может быть и так, не вижу ничего привлекательного во взрослых: жизнь ради денег, карьеры, признания общества, нельзя банально порадоваться радуге, испугаться грома, ждать деда Мороза на Новый год. Скука. Побывать в гостях у русалок и вернуться живой и невредимой, быть по ту сторону радуги, хоть немного, но побыть воином в матроске… – Оживление Марфы сошло на нет. – Скажи я это кому-то другому, в лучшем случае меня сочли бы фантазёркой. – В груди девушек защемило. В чей сперва, уже было не важно. Марфа спрыгнула на крыльцо. Немного неуверенно, всё же она побаивалась устраивать такое из-за того, что в прошлом был неудачный опыт. Но в этот день её настроение изменилось. Девушка начертила круг во дворе, что-то мысленно прикинула и сделала надсечки, после чего воткнула палку в центр. Ей полностью удалось закрыться от любовницы.

– Что ты делаешь? – недоумевала Юля.

– Часы?

– Чего? – поперхнулась Джюн.

– Солнечные часы, по ним проще определять время, – девушка встала в центр, сделала шаг в сторону, всматриваясь в синеву неба. Поймав в небе пятна, Марфа, пристально начала всматриваться в них. Её взгляд изменился, но понять, что она чувствует, так и не выходило.

Надо же, а Марфе такое удаётся, мысленно усмехнулась Юля, следя за девушкой. Она и в прошлом была странной, но вот что бы так… В открытую перед кем-то – какое же сильное доверие.

– Ну и что ты там увидела?

– Дождь, – пожала плечами девушка. – Гроза, движется. Достаточно сильная, чтобы речка поднялась.

– И это сказали тебе твои часы? – Джюн с трудом сдерживала смех. Поведение Марфы становилось всё более нелепым.

Лика надулась, хотела возразить, но промолчала. Да и Юля прекрасно помнила, что в отношении примет Марфа была настоящей маньячкой. Особенно погодных. И её прогнозы бывали довольно точными, хотя она и забывала их сразу, после того, как сообщала.

– Останешься тут ночевать? – спросила метеоролог. – Только, бабушка старых взглядов. Простить мои реплики о Калифорнии она ещё может, но подтверждения не вынесет.

– Только, чтобы посмотреть твой пир буду сегодня приличной девушкой, несущей обет воздержания, – клятвенно заверила Юля. – Только ты забыла спросить разрешения.

– Это не проблема, – попадая в тон, сообщила Марфа, проведя кончиками пальцев по голой коленке Джюн. Та улыбнулась, но тут же сделала осуждающий вид за подобные шалости, нарушающие только что данное обещание.

Марфа всё бегала с какими-то домашними делами, находя их непонятно откуда. При этом часто бегала босиком, а потом ворчала на саму же себя, что занесла со двора песок. В общем, сама создавала себе проблемы на пустом месте. Она немного нервничала и не знала, как успокоиться. Всё же здесь она была в гостях, так что приходилось подстраиваться под чужие правила. Ещё и попутно объяснять их Юле. Эта суета надоела её бабушке, и она обеих выставила со двора. Лика тут же хитро улыбнулась и спросила у Джюн, как та смотрит на ловлю головастиков, что взбесило старушку окончательно.

Вообще-то не было в плане нервировать кого-то, просто Марфе всегда нравились лягушки и жабы. Особенно жабы, потому что их можно было немного потискать и они выживали, в отличие от лягушек.

– Показать нашу детскую забаву? – спросила Марфа, когда они завернули в переулок, ведущий на речку. Юля согласно кивнула, немного растерялась, когда другая сорвалась с места, а потом резко затормозила, резко поднимая ногу. – Хорошо летит. В соседний огород, – рассмеялась она, наблюдая за своим слетевшим шлёпанцем.

– Ребёнок, – закатила глаза Джулия, наблюдая, как любовница перелазит забор, стараясь не задеть растущую крапиву.

– Тут колорадские жуки, – заныла она.

– Так картофель же.

– Гадость какая, – донёсся брезгливый голос девушки, достающий шлёпанец. – Фу, бе, я его раздавила. Фу. Всё, пошли к иве. Надеюсь, что это дерево примет тебя, – улыбалась Марфа, совсем уже забыв о жуках и личинкам, которых успела натоптать босыми ногами, неся обувь в руках.

Выбравшись в переулок, девушка нагнулась через забор, отделяющий бабушкин огород, и зарыла среди скошенной травы свою обувь, а потом, схватив за руку Юлю, потянула её вниз по склону переулка к берегу речки. Марфа бегала намного медленнее, но тормозила она постоянно быстро, даже слишком резко, удерживая на ходу Юлю, чуть не улетевшую в кучу мусора.

Девушка развернулась в сторону улицы и указала рукой:

– Итак, один из тех самых переулков с тропами. Иногда даже не видя никого, случайно натыкаешься на них, из-за чего бывают неожиданные мурашки, дыхание перехватывает или спотыкаешься на ровном месте. Если сейчас повернуть направо, то это одно из благоприятных мест для открытия порталов. Слева от нас такого нет, но там тоже много весёлых мест. Пойдём сперва направо, потом я покажу многое из того, что знаю тут, таким образом, мы сделаем круг, а не будем мотаться туда-сюда.

Первый мост в этом направлении оказался совсем близко. Разговоры о детстве как раз оборвались у него.

– Теперь тихо. Хотя большинство придерживаются тишины лишь после заката, но зачем тревожить тех, кто здесь живёт? Ну, или почти живёт, – пожала Марфа плечами, что-то прошептала неразборчиво.

Юлия удивилась, как атмосфера вокруг них изменилась и стала какой-то мягкой и доброжелательной, словно кто-то рад им и приглашает к себе. Лика улыбнулась и шагнула на первую доску, потом повернулась к спутнице и сделала приглашающий жест. Перейдя мост, Марфа сказала, что просто извинилась, попросила позволения пройти через их территорию и защитить их во время перехода. Мост, как и порог – место, где человек уязвимее всего.

Сперва их встретили заросли листьев мать-и-мачехи, неподалёку засохшее русло реки с белым песком, а за ним среди множества толстостволых ив всё было фиолетовым из-за цветущих фиалок. Кое-где выглядывали белые цветки, изредка разбавленные жёлтыми ромашками. Юлия не пожалела, что тоже сняла туфли, но это продолжалось до тех пор, пока она не наступила на пчелу. Марфа тут же потребовала встать показать ногу:

– Обопрись о дерево. Надо жало вытащить и избавиться от яда, так что не дёргайся и без всяких пошлостей, ok?

Лика уже привыкла наступать на всякого рода грабли, и на собственном опыте знала, как облегчить участь после пчёл и ос. Если яд сразу высосать и охладить место укуса, то даже не разбухает и боли как таковой нету, остаётся только неприятное ощущение от укола. По крайней мере, у Марфы это всегда срабатывало.

Девушка сплюнула яд, поднимаясь с колен, протянула снятую с головы металлическую заколку. Не сказать, что холодное, но хоть что-то. Джулия же стояла с кислой миной, придерживая у пятки заколку. Её настроение как-то быстро улетучилось из-за одной пчелы, но Марфа не стала лезть по этому поводу.

– Выше нос, Юль. У нас ещё по плану рыбалка с дуршлагом, а там мало ли чего зацепишь. И рыбы жалятся своими усами, и жуки подводные кусаются, а о том, сколь мусора на дне, вообще молчу. Да ладно, это детские забавы, тем более в такую жару рыба всё равно не ловится. Можешь идти?

Босые эксперименты среди травы окончились. Дальше Джулия шла уже в своих туфлях, хотя перелазить через речушку по стволу склонившегося дерева было не очень удобно. Из множества ив, Марфа вела к самой дальней, стоящей отдельно от всех.

– Это то дерево, которое хранит множество наших детских воспоминаний, – поглаживая свисающую толстую голую ветвь, сказала Марфа. Ей нравилось тут проводить время, окунаясь в спокойствие этого места. Ощущение защищённости. Сплошной позитив, который уже заполнял обеих девушек. Юлии казалось, что она даже видит все проделки маленькой Марфы.

– Ты стреляла из самодельного лука? – рассмеялась Джюн.

– А? Что? – не поняла сперва Лика. – А, лук. Было дело. Мы тогда нож складной у кузена потеряли, ну и досталось же нам, – усмехнулась она, припоминая, как их выгнали обратно, но потеря уже оказалась невосполнимой – нож уже кто-то подобрал.

– Действительно странно, – согласилась Юля, присаживаясь на ветвь. – Ощущение, что все эти ваши воспоминания как киноплёнка, которую хранит это место. Ты даже мечтала о крыльях лебедя за спиной, Марф, ты чудачка, ей богу.

– Да если бы только о них, – улыбнулась девушка, присаживаясь рядом. Дерево скрипнуло, Марфа тихонько похлопала по ветви. – Прости-прости, мы уже совсем не дети и тяжёлые. Обещаю не скакать. – Она вздохнула, проводя пальцами по впадинкам. – Столько всего было. Это дерево очень для меня много значит. Оно знает обо мне даже больше чем, я сама. Ива всё помнит, а вот я много чего забываю. О да, невеста Шредера. Было и такое. Вот это был точно сон с персонажами из «Черепашек-ниндзя», а все события происходили тут. Я тут рассказывала этот сон, чуть не давясь со смеху. Юль, это самое главное место, которое я очень хотела показать тебе, – призналась Марфа, склоняя голову на плечо сидящей рядом девушки. – Я очень рада, что ива приняла тебя. Честно.

– Я знаю, – улыбнулась Джулия, приобняв за талию. – И почему я сегодня дала слово не трогать тебя? – задумчиво спросила она, после чего обе засмеялись.

Однако слово есть слово.

Следующая глава>>

Запись опубликована в рубрике Город Снов, Фантазии, Фемслэш. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *