Подавление. История 5

Здравствуйте. Я снова тут, вернее вышла «из тени» (записи были почти каждый день, но всё личное и личное, вот такие дела). Блог я тоже продолжаю потихоньку разбирать, но очень медленно (зато появилась пара новых иконок для записей), время отнимает от части то, что я ещё и пробегаюсь глазами по записям, в том числе и текстам. Так вот, один из старых текстов стал интересным открытием: “Один” (2007 года) – рассказ из того же мира, что и “Подавление” (2018), более того они связаны действующими лицами. И вот на радостях появилась пятая история, где есть пересечения персонажей обеих историй.

Текст написан в конце сентября-начале октября, сегодня я его повторно вычитала, но так как пока хорошо его помню, могла упустить опечатки и ошибки (всё-таки надо больше времени отлежаться, но тогда я могу забыть).

Приятного чтения. Хотя в случае этого текста пожелание зачастую сомнительное

Название: Подавление
Автор: Лилиадна
Фэндом: Ориджинал
Жанры и предупреждения: джен, мистика, ужасы, агнст, геохронологическая последовательность
Рейтинг (возвратное ограничение): NC-17 (18+)
Размер: ~2000 слов; драббл
Описание: Если что-то подавлять, оно никуда не исчезнет. Просто спрячется. Глубоко. А вот надолго ли – уже вопрос другой.
Размещение: нет
Последнее редактирование: нет (без вычитки)

Подавление

История 5

– Коль, если бы я не знала тебя, то подумала бы, что ты псих, – ворчала Аня, пробираясь сквозь высокие заросли следом за другом. Кусты, деревья и травы вокруг росли сплошной стеной и были такими высокими, что даже небо вряд ли бы виднелось среди ветвей, если бы не поздняя осень, пробирающая насквозь своими сыростью и холодом. А ещё здесь стоял пропитывающий всё кругом запах тухлятины. Может, здесь была незаконная свалка, а может, сдохло какое-то животное. – Но после случившегося в школе…

Если бы в тот день она не поверила ему и не прогуляла бы занятия… Нет, скорее в тот день, она просто воспользовалась предсказанием одноклассника, чтобы оправдать себя перед собой же. Оправдываться перед другими таким образом всё равно было глупо – никто бы не поверил. Коле же никто не верил. Аня и сама не особо верила ему, хотя иногда допускала возможность того, что у одноклассника действительно какой-то там дар или проклятье. Неважно. Долгое время это было неважно, пока в тот вечер Аня не пришла домой, готовясь к взбучке за прогул, а её, оказывается, похоронили!

О произошедшем в школе не распространялись – вообще никто ничего не говорил, просто на время отменили все занятия и запретили появляться у здания. Как и всегда, когда кто-то исчезал. Вот только в этот раз исчезли все её одноклассники и несколько учителей.

– Ты реально веришь, что сможешь отыскать Лизку? Коль, – она схватила за рукав куртки и остановилась, – ты же знаешь, что исчезнувшие не возвращаются, а если мы продолжим, то и сами пополним этот список!

– Она выжила, и мы найдём её, – Коля дёрнул сильнее руку, чтобы освободиться. – Если не хочешь помогать, то не надо. Света…Я видел, что Света выжила в той бойне и её куда-то забрали!

– Никто не знает, что там было! Почему ты решил, что?..

– Взрослые не говорят, потому что боятся, – насупился мальчишка. Вот именно, что мальчишка – Коля никогда не вёл себя, как подобает парню! Вот и сейчас он нелепо надул губы, как её семилетний брат, когда мама не разрешает ему есть конфеты. – Света выжила, она не исчезла – её забрали!

– Будь она здесь, треснула бы тебе за то, что ты опять называешь её так, – фыркнула Аня и сама уже скрестила руки.

Сколько Аня знала Колю и Лизку, тот всегда называл её так – почему Аня не знала. Может, потому что Елизавета была светленькой, а может, потому что родители самой Лизки называли её Елисаветой, как и некоторые учителя. Да и сейчас это вряд ли имело какое-то значение, как и то, что Лизка хоть и была дружелюбной, весёлой и всегда понимала шутки и отвечала тем же, друзей и подруг в классе у неё не было, да и в школе, кажется тоже, разве что Коля, вечно бегающий за ней хвостиком.

– Света то, Света сё, – вконец разозлилась Аня и замахала руками, будто вот-вот поколотит виновника, но так и лупила лишь воздух перед собой, изредка задевая голые ветки. – Хватит бегать в ее поисках, может, это был просто сон!

– Если бы это был просто сон, то наш класс был бы жив.

Аня замерла и уставилась на одноклассника. Каким-то странным образом тот всегда знал больше остальных, хоть и ничего ни у кого не спрашивал. Коля был странным, чудаковатым и нелепым. Он мог неожиданно запаниковать и исчезнуть, а потом вернуться, будто свершил какой-то подвиг. А ещё он говорил вещи, о которых было принято молчать. И вот опять – Коля уверен, что все ребята мертвы, уверен, что это была бойня, в которой выжила только Лизка. Сперва Коля уговорил прогулять уроки, и Аня по глупости даже поверила, что тот наконец-то оставил затею добиться неприступную и ставшую нервной Лизку и заметил её, Аню. Да не тут-то было. Внутри всё сжалось и напряглось, хотелось, как в мамином сериале зарядить ему звонкую-звонкую пощёчину, да так, чтобы птицы взлетели от звука.

– Если ты знал, что произойдёт, то почему не предупредил остальных? – сжала она пальцы.

– Во-первых, мне бы никто не поверил. Кроме тебя. Ты единственная, кто слушает меня и даже пытался проверить мои слова.

– Да толку-то проверять, – злобно усмехнулась Аня.

Иногда он угадывал, иногда нет. У всех такое бывает. И, наверное, у всех бывает, как и у неё: Аня совершенно не понимала, почему она оказалась здесь, зачем вообще пошла за ним в этот дикий холод, да ещё в такое жуткое место. Хотела же бросить эту идиотскую затею, бросить этого тупицу и сбежать. Все знали, что он влюблён в Лизку, все это знали, и Аня тоже. Надо же быть такой дурой.

– Если бы ты не послушала, я бы нашёл другой способ уговорить тебя не идти тогда в школу. Например, дал бы газировку со слабительным, – ещё более нелепо объяснил Коля. Совсем как её брат, когда случайно разбил мамину вазу, проревелся и пошёл сознаваться. – У других не было шансов, а у тебя он был и есть.

– А во-вторых? – сдалась Аня, не зная радоваться или рыдать от Колиного беспокойства за неё. Он всегда был чудаком и тупицей в вопросах общения с девчонками.

– А во-вторых, это бы всё равно произошло, – повесил он голову. – Если бы не в тот день, то позже и унесло бы больше жизней – не только нашего класса. Света…

– Это она их? – всё же спросила Аня. – Это Лиза стала тем, кого забрал демон?

Вот и она сказала это. Аня даже не знала, не помнила, где и когда услышала об этом, кажется, это было ещё в садике, но отчётливо помнила, как испугались родители от её вопроса и запретили когда-либо произносить подобное. Нельзя говорить такое, иначе навлечёшь беду.

Совсем как Лизка, когда как-то спросила у учителя о демонах. Учитель среагировал, как и  когда-то родители Ани, но не стал ничего объяснять, просто быстро перевёл тему, сказав, что это не тема для биологии. Лизка попыталась узнать что-то ещё, но получила выговор за неподобающие темы, которыми вот-вот сорвёт урок. В классе пошушукались и вроде как забыли все, вот только Лизка стала ещё более далёкой от всех. Она отшучивалась, но уже не так, как прежде. Всегда аккуратная и собранная вдруг стала появляться в рванных вещах, рассеянность и забывчивость сказались и на учёбе. Староста подняла на уши всех: не донимает ли Лизку кто из соседних классов – всё тихо, вот только сама Лизка неоднократно попадалась на том, что рвала свои тетради в клочья и выкидывала их. Пошушукались, что влюбилась девка, вот и всё… Лизка же скрытная, будто шпион, как тут узнаешь кто виновник? Да и Коля вон как на иголках стал из-за соперника.

Вот только не Лизка влюбилась, а в неё. Демон.

Аня сжалась. А если теперь и за ней придут?

– Пригнись! – вдруг взвыл Коля, валя её с ног.

В нос ударил сильный запах гниющей плоти. Аня зажмурилась и задержала дыхание, стараясь сдержать внутри подступившую тошноту и застрявший в горле крик. Совсем рядом с ней лежало то, что не так давно ещё было живым. Воображение начало рисовать от животных до жертв маньяков. А вдруг Коля специально притащил её?..

Теперь резкий рывок вверх. Что-то пронеслось совсем рядом с ней, воздух грозно просвистел и обдал холодом, раздался хруст и глухой удар большой туши о землю.

– Я поймала его! – донёсся радостный крик, такой знакомый, что Аня удивлённо распахнула глаза. – Поймала, поймала! Я его поймала, а не вы, – как-то по-детски изображая пистолет выставила руку на них Лизка.

Она выглядела иначе, вела себя иначе, как-то более по-детски и по-позёрски, но это точно была Лизка. Словно это была Лизка из младших классов, но в теле старшеклассницы Елизаветы.

– Только попробуйте присвоить себе мою победу, – вздёрнула она нос, – я заслужила награду, которую мне обещали за носителя волка!

 

***

Полумрак. Тяжёлый воздух. И ни одной отражающей поверхности. Стол и стулья из дерева и эмалированного металла. Стена из камня с потемневшей побелкой. Кафель из обожжённой глины. Светильник то ли из матового стекла, то ли его настолько засрали мухи, даже свет с трудом проникал сквозь мутное стекло.

Мальчишка продолжал сидеть, пялясь невидящим взглядом с столешницу перед собой. Не прикоснулся ни к еде, ни к питью. Хотя для одержимого последнее было нормой – Саша ни разу не видел, чтобы они ели обычную еду. Как и не видел того, чтобы те защищали не только себе подобных, но и попавших людей в их разборки. Саша не сомневался, что тогда его спас этот ребёнок. Одержимый.

Он был интересен. Хотя не становился менее опасным.

– Здесь нет зеркальных поверхностей, – предупредил Саша.

– Есть, – почти выдохнул мальчишка, продолжая смотреть вниз. Тот самый голос ребёнка-котёнка, ищущего защиты. Был ли он таким или же обманчивый образ одержимого?

– Мы всё проверили, – покачал головой Саша. – Даже комната без зеркальной стены.

– Ваши глаза, – ещё тише проговорил он, заставляя мужчину на мгновение растеряться. – Он может использовать отражение в ваших глазах.

– Вот как, – задумчиво кивнул Саша. Когда-то такие идеи у их были, но первые получили подтверждение. Если им можно считать слова запуганного ребёнка, которого только-только перестало колотить так, что видно невооружённым глазом. – Поэтому не смотришь на меня? Не смотришь в глаза? Боишься, что я умру? – наивно спросил Саша, вспомнив, что мальчишка защищал его в старом фургоне кривых зеркал.

– Нет, – помотал тот головой, сжимаясь на стуле. – Мы не любим этого, – проговорил он. – И малец боится. – Его голос опять сменился, как и поведение. Вернулся Зеркальщик. Хоть тельце потряхивало, голос звучал уверенно. Он осматривался по сторонам, внимательно, заинтригованно и лишь бегло проскочил по Саше. Спокойное лицо, ровный голос и трясущееся сжавшееся от страха тело. – Я просил присмотреть за ним, а не запугивать, – упрекнул Зеркальщик.

 

***

– И почему только этот детский сад растёт? – раздражённо спросила Кира, наблюдая как мальчишка уворачивался от атак Марка и теневой. Не идеально, но в разы лучше, чем ожидалось для совсем ещё новичка, чудом пережившим первую встречу с одержимым. Раны неопасные и подлатают быстро: где просто обработают антисептиком, где наложат швы. Есть пара глубоких порезов, но даже для обычного человека не смертельны, разве что кровопотеря должна снизить темп уже. – Дядь Саш, ну какой нам толк от провидца? Он уже десятый удар пропускает, будь там вместо Марка другой зеркальщик (ведь он сдерживает не только себя, но и теневую), мальчишку бы расчленили как тушку к обеду. А эта девчонка… Она же обычный человек, да ещё и школьница.

– Кирюш, Аня – девочка талантливая, не спорю, но… – успокоил мужчина, – её мы не можем включить в команду, хотя и будем иметь в виду. Обычные люди редко видят атаки, но ты права – она всего лишь ребёнок. – Анна и Николай – единственные, кто выжил из того класса, ведь они в тот день прогуляли. Интересное совпадение, не так ли?

– Как же бесит.

– Кира, посмотри на меня, – серьёзно попросил он и указал на прорезанную гигантскими когтями дыру в стене, – ты ведь не из-за Ани такая, а из-за этого мальчика, Николая. – Бесит, что мальчишка – может быть истинным пробуждённым?

– Истинным? – усмехнулась Кира. Это то, что она хотела бы услышать в последнюю очередь. Если дядя Саша прав, то этот мальчишка ещё опаснее теневой. – Он может быть истинным пробуждённым ровно настолько, насколько и истинным одержимым. Вы ведь запросили данные о нём и его семье? И не только это меня напрягает. Ди тоже говорит, что этот ребёнок знает теневую, вернее знает ту, кем она была раньше. Судя по поведению… Елизаветы, – наконец-то выдавила из себя имя Кира, – она была затравленной и сломленной, но Аня говорит, что та хоть и была отчуждённой, в классе к ней относились хорошо и даже хотели выяснить кто доводит одноклассницу. Выжившие учителя тоже отмечали изменения в девочке, но не отношение класса к ней, говорят, что их класс вообще был образцом дружбы и сплочённости. Кто-то из них врёт: этот Коля, Аня или тень девчонки. И вы правы, сейчас этот мальчишка меня бесит ещё больше теневой, – скрестила руки Кира.


P.S. Буду рада обратной связи.

Запись опубликована в рубрике Джен, Драма, Самостоятельные истории, Фантазии с метками , , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *