Отражение. История 2

Итак, вроде бы закончила вторую историю «Отражения», но… кажись, теперь придётся писать третью – идеи есть, а черновиков нет. Что ж, жду очередного осенения, а пока это:

Название: Отражение
Автор: Лилиадна
Бета: Belochkafan
Фэндом: Бен Тен (франшиза), преимущественно Alien Force и Ultimate Alien
Основные персонажи: Бен Теннисон, Альбедо
Жанры и предупреждения: элементы гета и слэша, альтернативная история
Рейтинг (возвратное ограничение): R (16+)
Размер: 1523 слов
Описание: Альбедо может отрицать сколько угодно, но он всё равно похож на Бена
Размещение: Отражение
Последнее редактирование: пока не вычитано

История 2

Когда по пробуждении Бен впервые обнаружил Альбедо рядом с собой, это вызвало не то, что моря, а океаны негатива. Это не было в порядке вещей, а происходило время от времени, но даже так Бен уже просто прекратил обращать внимание на это – Альбедо просто спал на краю, чудом не падая при каждом вздрагивании. Правда, он не только вздрагивал, а вошкался, порой метался с еле разборчивыми уговорами, словно опять был под влиянием пожирателя снов. Иногда они встречались сонными взглядами, и если Бен быстро ориентировался, то Альбедо долго отходил от своих кошмаров, что Бен невольно начинал его успокаивать.

В какой-то момент они прекратили цепляться друг к другу или же настолько привыкли к такой манере общения, что никак не реагировали на колкости. На удивление обоих, умудрялись найти общие темы для разговора, которые касались не только Азимуса и его изобретений, но и многого другого. Особенно это проявилось, когда Бен забрал у Альбедо выданную примитивную (по меркам галвана) электронную книгу, в надежде найти хотя бы фантастику, но кроме научных статей, там ничего не обнаружилось. Если опустить все напыщенные выражения о превосходстве галван над остальными жителями галактики, то Альбедо объяснял настолько доходчиво, что и правда все эти заумные предположения и гипотезы, доказательства и научные открытия казались элементарными вещами.

– А ты не такой идиот, каким кажешься, – пришлось признать Альбедо, заканчивая объяснять очередную ерундовую тему.

На удивление, Бен хватал на лету и не было нужды объяснять на уровне ребёнка, а говорить уже в привычном для себя темпе, не отдёргивая каждый раз, что что-то может быть неясно, с чем неоднократно сталкивался в лаборатории.

– Но всё равно идиот? – рассмеялся Бен.

– Я знаю больших идиотов, чем ты, – отозвался Альбедо, – причём среди галван.

Бен рассмеялся ещё звонче.

– А как ты решил проблему, которую я случайно создал, когда принял поле генетических изменений за мощную взрывчатку? Тогда ты мог превращаться в любого супергероя, правда…

– Беру свои слова обратно, – разозлился Альбедо, – ты идиот. Во-первых, они нестабильны – я всё равно вскоре превращусь обратно в это, – он развёл руками, показывая себя, – во-вторых, – указал на еле заметную точку в стене, – любое появление здесь кого-то кроме нас с тобой и тюремщиков будет сразу замечено и на нас с тобой нападёт конвой. Это у вас всё ещё видеокамеры и примитивные датчики, а тут всё куда сложнее.

– ДНК? – уточнил Бен, свалившись на спину и смотря в грязный потолок. – Хорошо, а как быть с тем, что у идентичных близнецов одинаковая?

– Отпечатки пальцев, сетчатка глаза, индивидуальный запах – это то, что чаще всего используют сами люди, – продолжал лекцию Альбедо. – Вообще-то индивидуальных признаков ещё больше, просто земляне их ещё не все выявили, а что-то не научились использовать. У других рас бывают и другие различия. Эти датчики настроены так, что учитывают кучу всего, даже наши с тобой различия. Допустим, один из нас покинет камеру, а второй решит прикрыть или просто использовать способность того же соноросиана по созданию копии – система безопасности сразу заметит подвох и известит об этом. Это позволяет избежать то, что любят показывать в ваших фильмах: всякие ухищрения с ошейниками и их аналогами, ядами и противоядиями для контроля заключённых. Конечно, подобное используется не везде, а лишь там, где считается необходимым, а где-то обходятся весьма примитивными способами – зависит от режима и самих заключённых.

– Иными словами: нас просто подставили и запрятали за решётку, – хмыкнул Бен. – Даже если кто-то из нас в чём-то виноват, то они без проблем определят кто именно.

Так было теоретически. На практике же улики могли подкинуть, а если это делал знающий все тонкости, то сделал так, чтобы не вызвало подозрений о подставе. Тут же опять всё упиралось всё в сигнал Омнитрикса и Ультиматрикса. Если же данные о них не сохраняются или уничтожены, то тогда и правда всё печально. В любом случае ни Бен, ни Альбедо не могли ничего сделать, находясь в этом замкнутом маленьком мире, где и развлечений-то не было как таковых. Доступные же порядком надоели.

Об инциденте с поцелуем оба предпочитали не вспоминать, делая вид, что ничего не произошло. Делали настолько, насколько позволяли юные организмы, то и дело заставляющие наблюдать поллюции. Не обращать внимание тоже сложно – игнорировать не выходило, ведь мысли всегда спотыкались о желание секса или хотя бы мастурбации. Даже когда ситуация всё-таки выходила из-под контроля, и они скатывались до «руки помощи» друг другу, каждый из них оставался при своём мнении. А после история повторялась: Альбедо убивался, что снова животные инстинкты взяли верх над этим нелепым ужасным потным мальчишечьим человеческим телом с бушующими гормонами; Бен лишь отпускал комментарии, что для подростка это нормально, порой ругался, чтобы тот прекращал строить из себя изнасилованную девицу – у них секса не было и быть не может. Просто потому что не может – и всё. Если Альбедо от этого будет легче, то пусть представляет, что просто немного дурачились при просмотре порно.

Однако легче от этого не становилось. Бен и раньше не особо знал, чем занимался Альбедо вне лаборатории, может поэтому и не признал его, когда столкнулся с ним впервые на Земле собственной внешней копией. Даже с галваном тяжело было общаться, с человеком же стало ещё сложнее. Галванская высокомерность и подростковое человеческое бунтарство всё больше и больше походили на сумасшествие. И это сумасшествие Альбедо тянуло за собой и Бена.

– Ты понимаешь, что ты только что сказал? – появился Азимус в комнате свиданий, куда пригласили из-за Гвен, но Бен так и не поднялся со стола.

Он устал настолько, что ему не хотелось видеть галвана с его гордыми нравоучениями. Как Бен и думал, каждое их свидание прослушивают, иначе бы Азимус не явился сюда лично. Самое страшное было как раз в том, что Бен прекрасно понимал, что только что выдал.

– Алгоритм программы для поля генетических изменений, – проговорил он, всё также пряча лицо, уткнувшись в одну руку, а другой закрывая голову. Это был какой-то кошмар, терзающий его, который было необходимо выговорить, выплеснуть: – Так как он не будет иметь доступа к базе данных Галван Прайм, необходимо загрузить с внешнего источника полный анализ ДНК. Если использовать Омнитрикс, с выбором Гуманоида нужно ввести…

– Бен, – перебила ничего не понимающая Гвен, – что ты такое говоришь?

– Альбедо всё равно в тюрьме, зачем ещё он должен быть в человеческом теле? Зачем в моём теле? – простонал парень. – Всё, что нас отличает – небольшое нарушение, отключение некоторых рецепторов в генах, вызвавшее прекращение выработки меланина в глазах и волосах. Если бы соприкосновение часов было дольше на 0,01 секунды, то нарушение коснулось бы и кожных покровов и он бы постоянно сгорал на солнце, что привело бы… Гвен, вытащите меня отсюда – я с ума схожу, – начал умолять он. – Мы оба сходим с ума, здесь, где нет ни солнца, ни нормальной еды, в этом замкнутом пространстве. Я уже сочувствую Альбедо и презираю Азимуса. Я знаю все вычисленные Альбедо системные ошибки Омнитрикса и минимум по десять способов как обойти их, не говоря про то, как их исправить. Я знаю программу Малвера и всех мехаморфов и ещё кучу всего, что мне даром не надо. Альбедо чуть ли не постоянно бубнит какие-то научные факты, от которых у меня уже голова трещит. Если не это, то он ведёт себя хуже ребёнка – его истерики невыносимы. Он всё реже приходит в себя – ещё чуть-чуть и я сам свихнусь.

Девушка ошарашенно смотрела на парня и совершенно не узнавала его. Был ли этот отчаявшийся мальчишка её двоюродным братом, самоуверенным хвастуном, гордившийся своими геройскими подвигами? Изнеможённый, осунувшийся, бледный с тёмными кругами под глазами. Он выглядел больным и измученным настолько, что Гвен сразу затребовала оказать медицинскую помощь, но в ответ лишь развели руками – физически землянин здоров.

Сколько прошло времени, как Бена заперли здесь? Гвен уже сама сбилась со счёту. Когда казалось, что им вот-вот удастся добиться пересмотра дела, как всё глохло. Раз за разом им отказывали или откладывали, переносили Суд, будто боялись пересмотрения. Ещё бы! Хоть Бен и использовал супергероя – это была всего лишь шалость подростка, воплощённая однажды и перебившая этим все дальнейшие подобные эксперименты. Казалось, на эту шалость и делали упор.

По началу их, и правда, просто выпроваживали и высмеивали, но это было лишь по началу. Глядя на Бена, Гвен так и не решались сказать, что дедушка Макс и Кевин сейчас в очень тяжёлом состоянии. Когда она узнала, что произошло, в ярости начала обвинять Бена – из-за него, его проделок всё это! Он сам виноват, что оказался в тюрьме. Это он виноват, что дедушка Макс и Кевин теперь в коме и в настолько тяжёлом состоянии, что даже галване не дают утешающих прогнозов. Когда весь поток обвинений на несносного неконтролируемого двоюродного брата иссяк, анодит выпустила гнев в адрес Азимуса.

Азимус никогда не оправдывался, этот раз не стал исключением – как и прежде он седлал несколько колких замечаний в адрес человеческого интеллекта и нетерпения. Да, Бен Теннисон сам виноват и сам себя подставил. И этим самым подставил тех, кто пытался доказать его невиновность. Макс и Кевин ещё легко отделались, если таковым можно считать то, что они хотя бы живы. Тот, кто нацелился на Бена, не позволит ему так просто покинуть тюрьму – он не только убирает друзей мальчика, но и продолжает подкидывать новые «раскрытые преступления».

“Юная леди, проявите терпение, – наставлял великий учёный и изобретатель. – Ваши поспешность и опрометчивость только глубже тянут в образовавшуюся трясину”.

Как и тогда, сейчас Азимус вновь ходил кругами, проявляя своё недовольство в жестах. Он и без того появился сюда не в лучшем распоряжении духа, а после заявлении Бена о призрении к нему, и вовсе ходил злющим. О том, почему восхищение Альбедо переросло в ненависть, Азимус уже отчётливо осознал – упустил тот момент, когда всё ещё можно было исправить. Как же не хотелось признаваться, что Азимус, потеряв контроль над своими эмоциями, сам опустился до уровня человека и со злости, в сердцах обрёк Альбедо на эту участь. Нет, себе он признался, но не публично – это выше Гения Пяти Галактик. Может, поэтому он так остро среагировал, когда услышал слова своего потерянного ассистента от земного ребёнка, которому сам же доверил Омнитрикс, Азимус не был готов. Кто и что добивался, заперев их вдвоём?

– Бен, потерпи ещё немножко, – попросила Гвен, кладя руку ему на плечо. – Мы делаем всё, что в наших силах, чтобы вытащить тебя отсюда.

– Теперь ты носишь эти часы? – тихо спросил Бен, поняв по ощущению на плече. Теперь понятно почему Гвен прятала всё это время руки за спиной.

– Бен, – она присела рядом и, аккуратно просунув пальцы под его щёки, подняла лицо, заставляя смотреть на себя, – только ты носитель этих часов, я всего лишь храню их для тебя. – Она сняла со своей шеи цепочку с ключом и надела на Бена, обняла его. – Ты ведь помнишь, что это за ключ?

Продолжение >>

Запись опубликована в рубрике Ben 10 (фанфик), Гет, Слэш с метками , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *