Тирольская сказка

Не знаю почему, но мне нравятся гномы А вот одна из моих любимых историй из книги серии «Зачарованный мир», «ГНОМЫ» Тима Аппензеллера

 

Поединок между героем и гномом являлся самым обычным видом столкновения. Смертным героям постоянно требовалась демонстрация своего мужества, гномы также обожали подобные испытания доблести. Однако тирольская сказка, прекрасно известная среди германо- и итальяноговорящих крестьян этой области, повествует о гноме-короле, который с огромным размахом боролся со смертными соседями. Предметом борьбы стал объект высочайших вожделений доблестного рыцаря – любовь дамы.

Лаурин, король гномов, мало походил на воина. Он привык проявлять мудрость и добродетель в мирных искусствах – в правлении и совершенствовании прекрасного. В его владения входил горный кряж, известный теперь как Катиначчио, что по-итальянски означает «горная цепь». Название было подходящим, ибо горы причесывали небо острыми пиками доломита, полностью лишенными растительности. Однако во времена правления Лаурина верхушки гор обрели магическое плодородие и породили воздушный сад. Густая мантия кустов роз укутывала каждую вершину, и они сияли розовыми, желтыми, оранжевыми и багровыми соцветиями. Теплыми летними ночами крестьяне, обитавшие на равнинах, расположенных глубоко внизу, отрываясь от поденной работы, подымали взгляды вверх, упиваясь цветочным ароматом, сочившимся из небесного сада, и возносили хвалу доброму правителю Лаурину.

Лаурин опоясал свое королевство не крепостной стеной, не рвом или прочими укреплениями, а лишь одной шелковой нитью, протянутой от дерева к дереву сквозь леса, простиравшиеся у основания горных утесов. Его отношение к подданным отличалось сравнительной мягкостью. Внутри горных пиков находились пустоты, и в этих высоких, резонирующих залах, освещенных сиянием факелов, отражалось и многократно усиливалось сверкание золота и драгоценных камней, украшавших стены пещер. Под нежные переливы арфы и пение флейты подданные Лаурина плясали и веселились под снисходительным взглядом своего владыки. Пещеры наполнялись трелями певчих птичек в золоченых клетках и пронзительным веселым смехом самих гномов.

Во владениях Лаурина не было ссор и разногласий, равно как и тяжелого труда. Здесь шла только тихая работа ремесленников, вплетавших шелковые и мягкие шерстяные нити в гобелены или обрабатывающих драгоценные камни и металлы. Здесь процветал мирный труд пастухов, покидавших пустоты гор, дабы пасти отары овец и стада молочных коров на лугах, окруженных лесом.

Подданные жили в радости и гармонии, и Лаурин однажды решил, что для завершенности собственного счастья необходимо найти супругу. Его положение запрещало брать в жены любую из простых девушек королевства, а у соседних монархов-гномов, правивших в подобной роскоши под высокими горами, не было дочерей, подходящих для замужества. Однако гномы-пастухи как-то раз повстречали смертных дровосеков. После этой встречи до Лаурина дошло известие о смертной принцессе, обладающей невероятным умом и красотой. Ее звали Симильда, и она жила далеко на юге, в королевстве чернозема, темных виноградников и домов с красными крышами.

Король-гном принял решение взять в жены именно ее и отправил гонцов в южное королевство. Небольшая процессия, состоящая из трех гномов, покинула горные высоты, облачившись в одежды из шелка и золота, украшенные драгоценными камнями, сиявшими под солнцем. Группу странников сопровождала крошечная вьючная лошадь, нагруженная дарами для смертного короля. И продвигаясь на юг через сосновые леса, вдоль журчащих ручьев, путники пели тонкими пронзительными голосами о любви своего повелителя. Много недель прошло, прежде чем возвратились двое из посланцев, оборванные и унылые. Они поведали следующую историю. Привратником в замке южного короля служил неотесанный рыцарь по имени Витег. Скрестив руки на огромном животе, он принялся насмехаться над посланцами. Те, однако, стояли на месте, сохраняя достоинство, и с гордостью повторяли просьбу своего повелителя. Рыцарь преградил им путь и принялся глумиться над предложением Лаурина, высмеивая саму мысль о том, что смертная принцесса согласится на такое супружество.

В конце концов, остальные охранники, отдав должное благородному поведению гномов-посланцев, заставили Витега отойти в сторону. Тем не менее в тронном зале послов ожидал ничуть не лучший прием. Принцесса, подслушав их беседу с королем, ужасно испугалась перспективы выйти замуж за монарха из другого мира. В равной мере ее пугала жизнь в далекой и незнакомой земле. Рыдая, она упала к ногам отца, и посланников тотчас выпроводили.

Ликующий от того, что миссия короля Лаурина провалилась, Витег набросился с издевками на гонцов, покидавших дворец. Гномы строго отчитали его за грубость и негостеприимство. Взбешенный рыцарь погнался за ними по пыльной аллее, схватил и прижал всех троих к груди огромной рукой. Давясь смехом, Витег обнажил меч и перерезал горло одного из гномов, затем отобрал у остальных драгоценности и отправил карликов в обратный путь, подгоняя пинками и насмешками.

Услышав рассказ посланцев, Лаурин не мог и слова вымолвить от ярости. Однако он не собирался сдаваться. На этот раз король сам отправится в дальнее странствие, подготовив отнюдь не дары или утонченные светские фразы, а волшебную мантию, придававшую невидимость всему, что в нее было укутано. Лаурин не желал терпеть тяготы утомительного странствия, предпринятого его гонцами. Ему недоставало терпения. Вместо этого он встал у ворот собственного царства и произнес некие заклинания. Силуэт правителя расплывался и вскоре стал просвечиваться насквозь, а затем полностью исчез из виду, и только пух чертополоха медленно кружился в воздухе, опускаясь на землю.

Внезапно налетевший порыв ветра подхватил соцветие чертополоха, в пуховом облике которого скрывался Лаурин, и вынес короля из его горных владении высоко в лазурное небо, простиравшееся над южной равниной. Он осторожно пролетел мимо шпилей замка, приютившего Симильду, проскользнул в тень сада, окруженного высокими стенами, и приземлился на траву под липой.

Страстно желая добиться руки смертной невесты, король-гном Лаурин покинул свое горное царство, превратившись в цветок чертополоха. Порыв ветра донес его, словно пушинку, на далекий юг.

Тут Лаурин снова обрел привычный облик, одновременно разворачивая мантию, чтобы ничем, кроме легкого дуновения ветерка, не выдать своего присутствия. Гном оглядел сад, и сердце его сжалось от любви. Он заметил Симильду, гулявшую неподалеку с букетом цветов, зажатым в нежной руке. Походка девушки была столь легкой, что даже не сминала стебли травы. Молва не преувеличила красоту принцессы. Король-гном провел какое-то время молча, наслаждаясь внешностью высокой смертной девы, а лишь затем принялся воплощать в действие свой план.

Когда Симильда поравнялась с липой, Лаурин призвал на помощь самые могущественные из известных ему заклинаний. Симильда тотчас ощутила слабость в теле и вялость, почувствовала, что даже легкое дыхание ветра заставляет ее покачиваться. И тут в глазах у нее потемнело, и девушка упала в обморок. Лаурин с удовлетворением наблюдал, как девушка опускается прямо в соцветие чертополоха. Он поймал воздушную пушинку, и сам превратился в чертополох. Облаченный вместе с пленницей в пуховую массу, гном вызвал ветер, поднявший их высоко в небо. Едва ощутимо набиралась и терялась высота, пока воздушные потоки несли их обратно в царство Лаурина.

Семь лет прожила Симильда с гномами, управляемыми карликом-королем. Поначалу она не желала быть королевой. Девушка стремилась к семье, к родному солнечному королевству и сиятельным рыцарям, оказывавшим ей знаки внимания. Но день сменялся днем, воспоминания о доме становились все более туманными, а король Лаурин, неизменно нежный и добрый, завоевал сердце Симильды.

Лаурин отправился на поиски невесты, и ему удалось похитить смертную принцессу Симильду с помощью волшебства. Благородством и добротой гном завоевал сердце принцессы и изгнал тоску по родному дому из души любимой жены.

Однако семья девушки была безутешна и не прекращала поисков дочери. Наконец в ворота замка постучал угольщик, предложивший известие о Симильде в обмен на награду. В глухих лесах, покрывавших далекие горы, этот человек повстречал гнома, хваставшего мудрой и прекрасной смертной принцессой, ставшей женой их правителя. Этой принцессой могла быть только Симильда.

Ее брат тотчас принялся составлять план вызволения девушки. Он созвал дворцовых рыцарей и разослал гонцов просить помощи у двух величайших героев того времени – Теодора из Вероны, победителя драконов, и мудрого старого воина по имени Хильдебранд.

Солнце отражалось в доспехах, геральдические флажки застыли в безветрии, а собранная армия устремилась через равнину к зазубренной гряде гор, опоясывавшей горизонт. Равнина сменилась кручей, и колонны воинов вливались в ущелье серебряной струёй доспехов. Надвигавшиеся горные пики вздымались все выше, и ястребы кружили в залитых солнцем высотах над головами людей. Рыцари уже было отчаялись в своих поисках. Однако Хильдебранд, помнивший из старых сказаний, что царство короля-гнома не только славное, но и удаленное, подгонял свое войско.

Наконец горы расступились, открывая холмистое плато, покрытое лесами и лугами. Волна сладкого аромата риз окатила всю компанию. Рыцари остановились, любуясь простиравшимся перед ними великолепием. На фоне темных сосен горные вершины устремлялись в небо, словно пылающие факелы. Каждый пик был окутан сияющим облаком цветения.

С криком радости мужчины бросились в лес. Пока рыцари пробирались меж сосен, благоухание роз усиливалось. Вскоре в тенистом кустарнике мелькнули полностью распустившиеся розовые кусты, а затем воины добрались до прогалины, где им преградила путь тонкая шелковая нить, переливавшаяся, словно паутина под солнцем. За ней простирались девственное море роз, сменявшееся горным склоном, облаченным в мантию цветов.

При виде этого жажда борьбы у воинов несколько поутихла. Никто не желал причинять вред королевству, кроме Витега, который проклинал тщеславие Лаурина, разбившего столь великолепный сад. Витег обнажил меч, перерезал нить и ринулся в гущу розовых кустов. Он рубил растения, пока с меча не закапал сок.

В тот же миг какое-то движение привлекло внимание рыцарей, глядевших вверх на горный склон, оттуда по цветущей аллее во весь опор несся крошечный всадник. Великолепные одежды не оставляли никаких сомнений – это был Лаурин. Правитель гномов надел наколенники и нагрудник из чеканного золота, а тело его защищала золотая кольчуга, гибкая и изящная, облегавшая, словно кожа. Восседая на крошечной и проворной, словно фавн, лошади, он держал щит, искрившийся драгоценностями. Когда гном подъехал к осквернителю сада, усыпанные драгоценными каменьями фигурки жаворонков и соловьев, искусно выгравированные на золотом шлеме правителя, волшебным образом ожили и запели. Король Лаурин спешился и обнажил меч.

Именно Витег первым нанес удар, однако его меч, не причинив никакого вреда, скользнул по щиту Лаурина. Затем гном померился силой с целой группой рыцарей, орудуя мечом так яростно, что израненный и истекающий кровью Витег вскоре упал прямо в колючие заросли. Вперед вырвался Теодорик, готовый отомстить за товарища. Тем не менее и прославленного героя ожидала не лучшая участь. Его разящие выпады лишь беспомощно звенели о кольчугу гнома, а тот наносил такие жестокие удары, что его меч оставлял глубокие разрезы на обагренных кровью доспехах рыцаря.

Пошатываясь от боли и усталости, герой уже было собрался просить пощады, но Хильдебранд, внимательно наблюдавший за поединком, понял, что доспехи гнома-короля обладают магической силой. Хильдебранд также заметил на талии гнома пояс с рисунком изящной работы. Старый воин догадался, что это и есть источник сверхъестественной силы и неуязвимости Лаурина. «Бей его по голове, пока он не пошатнется, – прокричал мудрый солдат Теодорику, – затем стащи с него пояс, и он окажется в твоей власти».

Все произошло так, как сказал Хильдебранд. Как только Теодорик сорвал пояс с талии гнома, удары меча короля Лаурина потеряли силу. Тем не менее гном продолжал биться с упрямством обозленного ребенка. Вскоре карлик в отчаянии опустил бесполезное оружие. Он поднял забрало шлема, опустился на колено и покорно обратился к Теодорику с мольбой о пощаде.

Смертные воины, решившие вернуть Симильду домой, вторглись в цветочное королевство Лаурина и победили короля гномов в бою, сорвав с него магический пояс.

Речи гнома оказались столь вежливыми, а лицо, взиравшее на смертного воителя из-под золотого шлема, выглядело настолько благородным, что растроганный Теодорик помог недавнему сопернику подняться и обменялся с ним искренним рукопожатием. Он предложил дать клятву о мире и братстве с королем гномов, и Лаурин с радостью согласился. Однако из компании наблюдателей послышался голос брата Симильды, требовавшего известий о пропавшей принцессе.

Правитель гномов улыбнулся и с удовольствием отвечал: «Принцесса Симильда как всегда счастлива и сиятельна. Она живет вместе со мной внутри той горы, которая возвышается перед нами. Поэтому я приглашаю вас всех в свои владения, чтобы дать вам возможность увидеть все своими глазами, убедиться в правдивости моих слов и отпраздновать наш союз». Затем Лаурип оседлал коня и повел процессию по устланным лепестками аллеям к маячившей вдали скале.

Со скалы свисала кожаная веревка, Лаурин дернул за нее, и где-то высоко на утесе прозвенел звонок. Из соседней расщелины послышался скрип петель. Лаурин указал рыцарям дорогу через высокие стальные ворота, распахнутые группой гномов. За воротами расстилался мир света, все смеялось и веселилось. На высоком троне восседала оживленная и улыбающаяся Симильда, а у ног ее сновали гномы-придворные. Рыцари, ослепленные роскошью, вошли в переполненный зал.

Такова счастливая кульминация взаимоотношений Лаурина с людьми. Причина последовавших далее печальных событий до сих пор является предметом спора. Некоторые рассказчики заявляют, что у Лаурина имелись вероломные планы, когда он приглашал рыцарей посетить горные пустоты. Якобы правитель собирался заколдовать гостей, а затем перебить, но Симильда передала Теодорику некие чары, способные противостоять колдовству гнома, и тем самым помогла людям одержать победу. Однако благородный характер Лаурина в значительной мере подвергает сомнению подобную версию.

Другой вариант этого скорбного эпизода звучит более правдиво. Витег, не примирившийся с Лаурином и обозленный гостеприимством, проявленным гномом, вступил в ссору с другими гномами прямо за праздничным столом. Услышав шум, остальные рыцари заподозрили подвох и бросились на хозяев. Битва то вспыхивала, то затихала, но в итоге гномы потерпели поражение и были жестоко уничтожены. Скорбящую Симильду увел брат, а закованного в цени Лаурина потащили другие. P058.jpg

Тюремщики заставляли Лаурина плясать себе на потеху, но король гномов вскоре обрел свободу, возвратившись в горную крепость.

Во дворце южного короля тюремщиком Лаурина стал Витег. Грубому рыцарю удалось усилить страдания униженного гнома. Надев на шею пленника ошейник с поводком, он заставил гнома плясать на перевернутой вверх дном бочке на потеху хохотавшим победителям. Потерпевший поражение правитель настолько упал духом, что его заклинания потеряли силу, и ему удалось обрести свободу лишь благодаря благоприятному случаю. Однажды ночью, когда охранники дремали после выпитого пива, Лаурин подобрался поближе к очагу и сумел пережечь кожаные путы. Затем он сбежал и направился в свои горные владения. Когда гном добрался до горных круч, окружавших его владения, сердце правителя замерло при виде розового сада в утренних сумерках. Лаурина тотчас посетила мысль, что именно эта красота послужила маяком смертным завоевателям. Испытывая горечь, он запретил цветам распускаться днем и распространять благоухание по ночам. Войдя в свой огромный зал, он обнаружил, что оставшиеся в живых подданные все еще верны ему. Со временем гному-правителю удалось восстановить былое великолепие подземного царства. Однако бутоны на высокогорных склонах увяли и засохли. Яркие оттенки потускнели, став коричневыми, а заросли превратились в высохшее сплетение стеблей и корней. Вскоре ветры и разлагающее воздействие времени превратили горные вершины в пустынные и заброшенные места.

И все-таки крестьяне, рассказывавшие эту историю, уверяли, что сад Лаурина исчез не навсегда. Действительно, днем и ночью его славная краса исчезает. Однако в своем заклинании Лаурин забыл упомянуть находящиеся на границах суток часы заката и рассвета. Именно в эти моменты горы сияют всеми красками радуги. Некоторые называют это зрелище Альпийским сиянием, но другие, настроенные на романтический лад, знают, что это цвета последнего, исчезающего следа несравненного сада Лаурина.

Поражение, нанесенное Лаурину смертными, типично для судеб всех гномов. Чести и магических чар было явно недостаточно, чтобы уберечь рыцарствующих гномов от посягательства грубой физической силы представителей юной расы людей. Хрупкая слава королевств гномов могла уцелеть только в том случае, если эти владения были скрыты от глаз людских. Подтверждение тому – сказание о Лаурине.

Запись опубликована в рубрике Легенды, мифы, Фантазии. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *